Бойд пнул коня в бок и, преграждая корове путь, направил его между деревьев, накинул на нее лассо и осадил коня, но от рывка веревки ремень подпруги лопнул, седло из-под мальчишки выскочило и исчезло, ускакало вниз по склону, волочась за коровой, хлопая и ударяясь о стволы деревьев.
Он рухнул с лошади назад, в воздухе перевернулся через голову, а оказавшись на земле, сел и стал смотреть, как корова, с громом и треском ломясь вниз по склону, пропадает из виду. Когда к нему подъехал Билли, он уже снова, хоть и без седла, сидел верхом, и они сразу пустились преследовать корову.
Куски обивки седла начали попадаться почти сразу, а вскоре нашлось и само седло — или то, что от него осталось, — практически один надломленный деревянный ленчик со свисающими с него кусками кожи. Бойд начал спешиваться.
— Да брось ты его к черту! — сказал Билли.
Бойд соскользнул с коня.
— Не в том дело, — сказал он. — Мне просто надо что-нибудь с себя снять. А то вообще спарюсь.
Хромающую корову они привели на веревке и водворили куда следует; вышел отец, намазал ей ногу бальзамом «Корона», после чего все пошли в дом ужинать.
— Она Бойду седло разломала, — сказал Билли.
— Починить можно?
— Да от него почти ничего не осталось.
— Подпруга лопнула?
— Да, сэр.
— А ты когда последний раз проверял ее?
— Да это старое рванье давно готово было развалиться, — сказал Бойд.
— Это старое рванье было единственное, что у тебя есть, — сказал отец.
На следующий день Билли съездил, проверил капканы самостоятельно. Еще на один капкан наступила корова, однако на этот раз не оставила в нем ничего, кроме двух-трех осколков, отщепленных от копыта. Ночью шел снег.
— У-у, там небось фута два снегу на капканы намело, — утром сказал отец. — Что проку туда к ним ходить?
— Хочу глянуть, где ее носит.
— Ну увидишь ты, где она была. Только сомневаюсь, что это скажет тебе, где она будет завтра или послезавтра.
— Но что-то ведь мне это скажет!
Отец сидел, уставясь в чашку с кофе.
— Ну ладно, — сказал он. — Коня только смотри не заезди. В снегу ты можешь травмировать коня. В снегу, да еще и в горах ты можешь травмировать коня.
— Да, сэр.
Мать вынесла ему из кухни ланч.
— Будь осторожен там, — сказала она.
— Да, мэм.
— И к темноте возвращайся.
— Да, мэм. Я постараюсь.
— Если постараешься как следует, сумеешь.
— Да, мэм.
Когда он выводил Бёрда из конюшни, на крыльцо вышел отец в рубашке, с винтовкой и седельной ружейной кобурой в руках. Подал сыну.
— Если, паче чаяния, она все-таки попалась, дуй сразу за мной. Если только нога у нее не сломана. Если сломана — пристрели. Иначе выкрутится и уйдет.
— Да, сэр.
— И допоздна не задерживайся: мама будет волноваться.
— Да, сэр, не буду.
Он развернул коня и, выехав через ворота для скота на дорогу, направился к югу.






