ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В романе «Американец» — третьей книге саги о банкире Лесли Уоллера — действуют те же персонажи, что и в романах «Банкир» и «Семья». С присущим автору мастерством здесь описаны международные интриги, п... Американец Лесли Уоллер Глава 1 Палмер осторожно отодвинулся от Вирджинии. Немного полежал на спине, повернулся на бок, бросил взгляд на свои часы, которые всегда клал рядом с ночником — без пяти двенадцать, — прислушался к ее ровному дыханию, молча чертыхнулся: как можно спокойно спать, когда у него такие проблемы?! Этот четверг, казалось, будет длиться вечно. Улетать в Париж надо было завтра рано утром, хотя у него уже начали появляться сомнения, а настанет ли это завтра вообще… Причем дело было совсем не в бесконечной череде неизбежных встреч и пожеланий. Даже последнее совещание в конференц-зале банка было вроде бы не менее скучным, но ему все-таки удалось, само собой разумеется, оставаясь в рамках приличий, свести эту процедуру до минимума. Прощальный ужин с детьми тоже прошел довольно гладко. После развода его бывшая жена Эдис оказалась, как у психологов принято говорить, «неспособной заботиться о детях». Как ни странно, но именно это избавило их от многих проблем. Сейчас, после разрыва с женой, они с Вирджинией встречались намного чаще, чем раньше, но их сексуальное влечение друг к другу стало в каком-то смысле даже сильнее. Взять даже сегодняшний прощальный вечер: увидев, что она пригласила на ужин еще одну пару, Палмер, неизвестно почему, почувствовал сильнейшее раздражение и… желание. Да, все было именно так: лежал рядом с ней, как труп; те двое уехали где-то около одиннадцати, а до этого — сплошная тоска и скука. Он снова повернулся, подложил руку под голову, бросил взгляд на Вирджинию. Легкое одеяльце давно уже соскользнуло, открывая взору вызывающую форму груди, крепкие ягодицы и изящные изгибы зрелого женского тела, как бы случайно выставленные наружу. П

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Его в четырнадцатом веке построил Луи Орлеанский, когда королевская семья еще толком не решила, что ей больше нужно: крепость или дворец. Два века спустя в наказание его тогдашнего владельца Луи Тринадцатый приказал снести все, что можно. Затем, уже при Наполеоне Третьем безвестный архитектор откопал, хотя это было весьма нелегко, старые планы и чертежи и восстановил за́мок практически в том же виде, как он выглядел пять веков тому назад.

— И… именно где-то здесь вы… столкнулись с гестаповцами?

— Да, я покажу вам.

— Вы до сих пор помните?

Палмер снова выехал на дорогу и направился к Пьерфону. Какое-то время телефонные столбы и провода заслоняли за́мок, но затем дорога резко свернула влево, извиваясь вокруг холма, на котором возвышался массивный за́мок-дворец, через мост к мощным задним воротам, куда гестаповские машины пытались тогда прорваться. «Бьюик» с резким скрипом тормозов остановился.

— Может, не сто́ит воспроизводить все это в таких реалистических подробностях? — с невинным видом предложила мисс Грегорис. — Зачем снова и снова переживать былое?

— Да-да, вы правы, простите. — Он вышел из машины, попытался по деревьям определить, где и как все это происходило. Жаль, конечно, но полной уверенности по-прежнему не было.

Тут он ощутил, что она пристально наблюдает за ним со своего сиденья в машине.

— Еще раз простите, — извинился он. — Впрочем, вам это все равно ни о чем не говорит.

— Вы многих тогда убили?

— Нет, они почти сразу сдались.

— А своих? Много потеряли?

Он покачал головой.

— Тоже нет. Никого. Это была полностью бескровная операция. Зато в результате нам удалось получить секретные списки с именами чуть ли не тысячи предателей и коллаборационистов.

— Их расстреляли?

На соседнем дереве запела какая-то птичка. Палмер на секунду зажмурился в лучах палящего солнца.

— Честно говоря, не знаю.

Он повернулся к Грегорис. Она уже открыла свою дверь, чтобы лучше продувало, даже выставила свои шикарные ноги наружу. Впечатление было такое, как будто она хотела присоединиться к нему, — даже поставила одну ногу на пыльную обочину, — но потом почему-то передумала.

— Поверьте, мне на самом деле не известно, что с ними случилось, — повторил он. — Собственно говоря, я никогда этим не интересовался.

Глава 9

Несмотря на чудесный день с таким иссиня-голубым небом, что глазам было больно на него смотреть, с изящно отороченными маленькими пушистыми облачками, у Палмера вдруг появилось смутное ощущение, что между ним и его переводчицей происходит что-то не совсем понятное.

Хотя в принципе его это не очень-то должно было волновать.