Чёткий вывод о братишках: они опасны для жизни.
Треб Волкер взял на работу шпиона Турлейфа, с правом выслеживать. Турлейф играет в том же оркестре, что и Надя Нильссон. Они
только
друзья. Турлейф занят, у него есть Рют. Здорово.
Конец фильма ужасов о Наде Нильссон и её трёх братишках.
Вот сейчас я готовлюсь к сложному и небезопасному заданию. Я снова позвоню Наде. Естественно, не из дома. Мамаша и папаша задразнят меня до смерти.
Я записал на бумажку все важные вопросы.
Я наполнил карманы однокроновыми монетками.
Я расчесал волосы и подстриг ногти.
Интересно, слушал ли меня Бог, когда я разговаривал с ним о Наде. Надеюсь, что это помогло. Если нет, в следующий раз я попробую поговорить с ним, стоя на улице. Кто-то идёт.
Кем-то оказался папаша. Он ничего не заметил. Но опасность была близка. Папаша потребовал вернуть его гаечный ключ и отвёртку, которые я использовал как барабанные палочки в моей новой рок-группе. Мы будем выступать на окончании учебного года и делать вид, что играем. Две девчонки подпевают и танцуют. Это Рют и Санна. Санна считает, что отвёртка называется гвоздевым ключам. Дура. Но хорошо танцует.
Оке вообще-то хотел, чтобы подпевала Линда. Поскольку он надеялся, что он Линде нравится. Но он ей не нравится. Оке расстроился. Он укусил Линду за руку во время тихого чтения. Тишина исчезла. Линда ныла, а Оке лаял, как бульдог.
Конец простой — вампира вой
— Может быть, там встретимся, — произнёс я почти что круто.
— Может статься, — сказала Надя.
Сзади послышался ор. Это вернулись домой Надины братишки с рокерской площади.
— Жрать! — орали они.
Мы с Надей очень быстро распрощались.
В пятницу была дискотека в актовом зале. Я оделся примерно в скрипичную одежду.
— Элегантный сын, — прокомментировала мама. Я, Турлейф и Оке снова были компанией, идущей на танцы. Оке купил попкорн и прицепил один на нос. Там собралась вся наша рок-группа.
Турлейф играет одиночный хит. Флейта в рок-группе звучит по-дурацки. Я профессионально играю на ударных, Малыш-Эрик предположительно играет на гармони. Или на тамбурине, если его папаша не одолжит ему свою гармонь. Нике играет на хард-рок-гитаре. Когда он ударяет по струнам, это звучит, как трактор. Санна и Рют танцуют и выделываются. Оке никогда не слышал целой песни. Он — электрик.
Вся рок-группа уселась за столом и обсуждала своё первое выступление на окончании учебного года. Малыш-Эрик сообщил, что директор хочет знать название группы, чтобы поместить его на афишах.
— Бекаскулз Бойз, — предложил Нике.
— Вообще-то у вас есть две гёрлз, — напомнила Санна.
— Маменькины гномы, — предложил я, но предложение было сразу отвергнуто.
Рют размышляла полторы минуты. Потом произнесла:
— Каблуком в зад.
— Дура, что ли? — возмутился я.
— Да! — воскликнул Оке. — Так мы будем называться.






