ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«Место под солнцем» — первый роман английской писательницы Нины Ламберт. Дебют оказался настолько удачным, что писательница получила премию Нетты Маскетт за лучший романтический роман.Жизнь главной... Место под солнцем Нина Ламберт Глава 1 — Джек, милый, подожди-ка минуточку, — проворковала Хелен, удерживая его за руку. Джек обреченно взглянул на часы и вздохнул. Страсть Хелен к покупкам постоянно срывала все его планы. — Дорогая, — мягко возразил он, — мы уже опаздываем на полчаса. Здесь нет ничего, что бы ты не могла найти в Блюмингдейле [1] … Неожиданно его взор замер. — Исключительно в нашем магазине, леди и джентльмены, по удивительно низкой цене вы можете приобрести эту редкую вещь, — услышал Джек. — Восемь фасонов в одном блузоне, восемь нарядов, которые легко умещаются в дамской сумочке. Ослепительная темноволосая красотка в ажурных колготках и облегающем розовом трико вышагивала по залу, держа двумя пальчиками небольшую косметичку. — Как вы сами видите, господа, мне совершенно нечего надеть, — продолжала девушка, оглядывая себя в притворном отчаянии. — А у меня свидание! Времени нет! Господи, что же делать? — В глазах ее застыл ужас. — Впрочем, посмотрим. Она неуловимым легким движением открыла сумочку и под общий восторженный вздох извлекла оттуда нечто похожее на свернутый шифоновый шарф. Жестом победителя девица встряхнула его, и, к удивлению толпы, шарф стал расти на глазах. Все это напоминало действия престидижитатора. Заинтересованный, Джек подошел поближе. Дальше начался самый настоящий концерт. Девица демонстрировала безукоризненное мастерство. Речь ее текла плавно и быстро, движения были грациозны и естественны, а талант к убеждению просто бесподобен. Покупатели мгновенно почувствовали, что им не жить более без «воскресного блузона» из дивного «крепдешика». Струящийся материал ожил в ее руках, она манипулировала с ловкостью матадора, который своим кр

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Она встретила жениха несколько вяло и скованно, поставила цветы в воду и, извинившись за то, что не готова, начала спешно одеваться. Ремо деликатно отвернулся.

— Я бы хотела сегодня пораньше вернуться, — сказала она, вдевая в уши золотые сережки, которые Ремо подарил ей на день рождения. — В понедельник у меня прослушивание по новой пьесе Фримена, поэтому мне надо готовиться.

На прослушивании надо было читать незнакомый отрывок с листа. Карла приложила все силы, чтобы раздобыть неопубликованный еще текст пьесы. В этом ей помог Питер Меткалф, назначенный режиссером-постановщиком, с которым Карла давно была знакома по работе на Четвертом канале телевидения (он вообразил, что у него есть шанс завоевать сердце мисс Де Лука). Теперь нечего бояться. С ее редкой зрительной памятью роль главной героини Анны Прайс она к понедельнику будет знать почти наизусть.

— Что за пьеса? — спросил Ремо, стараясь казаться заинтересованным. За время их знакомства он немало часов проскучал в партерах рядом с восхищенно-завороженной Карлой.

— Лучше не спрашивай. Все держится в секрете. Мне, правда, удалось кое-что разузнать. Думаю, есть возможность получить роль. Вряд ли кто-то будет подготовлен лучше меня.

Они спустились вниз, в ресторан, где их, как дорогих посетителей, ждал великолепный ужин. Карла была оживлена и взахлеб рассказывала Ремо о Джосайе Фримене и его новой работе. На лице Ремо проявился пристальный интерес, хотя в сущности он был равнодушен к предмету разговора. Но ему не привыкать: бывало, Карла часами декламировала ему, например, «Гайавату», а он сидел и восторженно внимал.

Карла раскраснелась, глаза ее блестели. Она изложила фабулу драмы. Насыщенная действием и остросюжетными поворотами пьеса имела подводное течение, требующее от зрителя размышления и переживания. Большое количество персонажей и отсутствие «маленьких ролей» делало постановку дорогостоящей и даже коммерчески невыгодной. Но Фримена, объяснила Карла, совершенно не волнует финансовая сторона. Для праздной публики он не пишет. Вот и в этой работе героиней была женщина, униженная нуждой, грубыми мужскими притязаниями, которая тем не менее борется за свое «я», проходит через трагические испытания, сохраняя достоинство и самоуважение.

Пьеса, несомненно, была сильной. Смело можно сказать, что роль героини — самая лучшая за последние годы. Карла всегда восхищалась творчеством этого драматурга, хотя все, что он писал, не нравилось массовой аудитории. Критика, однако, никогда не оставляла его без внимания. Шуму было много, но пьесы шли плохо. Фримен не соглашался на принятые в театральной среде компромиссы. Он работал от души, искренне и щедро, но жил, как говорится, отшельником, несведущим в коммерческих тонкостях и сторонящимся прессы.