ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

На этой дороге происходит что-то странное. Водители один за другим проезжают мимо белого почтового ящика на обочине.Несколько часов спустя, бросив под колеса сотни километров шоссе, они вновь оказы... Дорога Кэтрин Джинкс Посвящается моей бабушке, Филлис Джинкс — Может быть, чтобы охлаждать там пиво. — Ты думаешь? — Грейс никогда не понимала, шутит Сайрин или нет. — Нет, — ответил старик. — Слишком долго идти. — Я думаю, что это нора вомбата, — сказал Натан. Сайрин усмехнулся. — Я же вомбат, правда, мам? — не отставал Натан. — Да. — Грейс не хотела говорить об этом. — Лучше ешь свой обед, Натан. — Мама тоже вомбат. Это наш тотем. — Дядя Фрэнк часто говорит ему об этом, — объяснила Грейс. — Сказки о Палате и тому подобное. Сайрин ничего не сказал. Неважно, что он думал о свадьбе своей сестры Глэдис с дедушкой Грейс — а их матерью была аборигенка племени нумарбор, — своё мнение он держал при себе уже пятьдесят лет. Грейс чувствовала, что он изображал полное равнодушие, если ему что-то не нравилось или если он чего-то не понимал. — Здесь нет никаких вомбатов, сынок, — заметил он. — Слишком сухо. Здесь можно встретить только эму, змей и кенгуру. — И ящериц, — сказал Натан. — Верно. — И мух, — добавила Грейс. В доме Сайрина было некуда деваться от мух. Дом был слишком стар — настоящая развалюха, построенная из фиброволокна, гальванизированного железа и спрессованной жести. У входа стоял фургон. Веранда имела двенадцать дверей, и все из разного стекла. Занавески были в дырах. В окне ванной комнаты стекла не было вообще. И конечно, туда заходили собаки. Мухи любят собак. — Мы сегодня видели какашки кенгуру, — сказал Натан. — Правда, мам? — Правда. — Их же оставили кенгуру, да? — Может быть. — Грейс не была уверена в том, кому принадлежал увиденный ими помёт — кенгуру, козам, кроликам или овцам. Старый Наджет мог бы сказать точно, но Наджет умер. Его жена Глэдис тоже умерла.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Он почти дошёл до грузовика и начал замедлять шаги. — Что случилось?

— Ничего. Всё произошло случайно.

— О, чёрт. — Алек, приблизившийся со стороны пассажирского сиденья, бросил взгляд на ветровое стекло грузовика. — Это ещё что?

— Ворона, — ответил Кол.

—

Ворона?

Кол перевёл рычаг на задний ход. Взревел двигатель, но грузовик не сдвинулся с места. Росс крикнул ему через окно:

— Тебя нужно подтолкнуть!

— Да. Ты прав.

— Ты в порядке?

— Со мной всё хорошо. Всё хорошо.

— Что случилось?

Неожиданно Кол услышал голос Дел; он подумал о том, как ей удалось так быстро добраться до него. Он заметил, что она тащила с собой чертовски большую винтовку с телескопическим прицелом.

— А

это

что такое? — требовательно спросила она.

— Ворона, — ответил Алек.

—

Ворона?

Врезалась в

ветровое стекло

?

— Ты собираешься нам помогать или задавать вопросы?

Все они собрались вокруг грузовика, спустившись в канаву с каждой стороны. Все, кроме Дел — она никому не доверила свою винтовку. Сощурившись, она осматривалась по сторонам, когда Кол снова нажала на педаль газа.

— Ещё раз! — крикнул Алек.

Кол почувствовал напряжение мышц молодого парня. С рёвом грузовик неожиданно откатился назад, передние колёса оказались на свободе, а задние взметнули столб пыли. Кол не видел людей, которые вслед за ним выбрались на дорогу, — ветровое стекло потемнело от жидкости, — но он услышал, как они хлопнули по капоту и позвали его.

— Дело сделано!

— Ты выбрался из ямы, Кол!

— Кол, постой! Подожди!

Сначала он ничего не почувствовал. Потом он ощутил какое-то онемение в голове, как будто только часть его мозга продолжала функционировать. Он повернулся на своём сиденье, напрягая зрение, и начал крутить рулевое колесо.

Нужно вернуться на дорогу, подумал он.

— Кол! Подожди! — На этот раз кто-то постучал в дверь. Это был водитель грузовика, который с самого начала внушал Колу некоторые опасения. Этот глупец барабанил по стеклу.

— Кол! Стой!

— Почему? Что?..

— Твои колёса, приятель. Передние колёса — Ярко-зелёные глаза Алека выделялись на загорелом и покрытом пылью лице. — Ты их видел?

— А?

— У тебя разорваны покрышки.

— Вы говорите со мной? — протянула она. — Я думала, что вы говорите со своими детьми.

— Мне не нужно говорить с моими детьми, — холодно ответила Линда. — Мои дети знают, как себя вести.

Совершенно верно, подумал Питер, хотя он и признавал тот факт, что Роузи немного капризничала. Не то, чтобы он винил её. Младшая сестра была сыта по горло нескончаемой поездкой в машине; она ощущала усталость, скуку и раздражение. И не только она одна. Единственной разницей между состоянием Роузи и Питера было то, что Роузи не знала правды, которая могла бы её напугать.

Питер был напуган. Ворона, врезавшаяся в ветровое стекло, — она испугала его больше всего остального.