Питер подумал о том, как термиты могли это рассчитать. Ему казалось, что эти странные источенные ветром сооружения пытались что-то сказать ему. Он не понимал, откуда у него взялись такие мысли. Было совсем не похоже на то, что они
действительно
были созданы руками человека. Что они имели какое-нибудь религиозное или астрономическое значение.
Это были всего лишь термитники.
— Смотрите, — сказал Ноэл, обернувшись назад. — Видите, дети? Мы приближаемся к реке.
— К ручью, — поправила его Дел. — Это ручей.
— Да я так и хотел сказать. К ручью. Уже скоро мы будем там. Кажется, теперь мы действительно куда-то едем.
Питер заставил себя улыбнуться, но на Луиз слова отца не произвели никакого впечатления. Она сжалась в плотный комок, вздёрнув плечи, обхватив себя руками и подтянув колени к подбородку. Никакие успокаивающие слова Ноэла не могли прогнать безымянные страхи Луиз и её брата. Они видели кровь на шоссе. Они понимали, что что-то было не так.
Питер не мог поверить, что ею отец всё ещё старался сохранить внешнюю невозмутимость. Они застряли в эпизоде из «Сумеречной зоны», а Ноэл говорил о том, что они
«куда-то едут»
? С чего он решил, что это «куда-то» действительно стоило того, чтобы там оказаться? Возможно, Ноэл умный и рассудительный человек, но в данной ситуации. Питеру казалось, что он находился почти в таком же заблуждении, как и Джорджи, которая довольно ясно дала понять, что она никак не возьмёт в толк, почему все они просто не поедут в Брокен-Хилл, вместо того чтобы суетиться вокруг, словно глупые старухи.
Очевидно, она совсем не доверяла своей интуиции — в отличие от Питера. У Питера было плохое предчувствие. У него было такое чувство, что они ехали как раз в сторону того, от чего им следует держаться подальше.
Но поскольку он старался сохранять спокойствие, Питер подавил свои дурные предчувствия, насколько это оказалось возможным, и начал искать признаки, вселяющие в него надежду. Например, деревья были хорошим знаком. Они постепенно становились всё гуще — извилистые эвкалипты, ярко освещенные солнцем. Они обещали тень, воду, ручей, мост, возможно, дом — другими словами, цивилизацию. Они выглядели дружелюбнее термитников. Стволы наклонялись к машине, гладкие и светлые (правда, кое-где отмеченные серыми и красноватыми пятнами), листья мягко шуршали, ветви сплетались, образовывая причудливые узлы или странные наросты, похожие на нарывы, из которых медленно сочился липкий сок дерева, словно из открытой раны…
Питер задохнулся. Он высунулся из окна.
— Питер, — сказала Линда — Не делай так.
— Я только…
— Не высовывай голову из машины. Это может быть опасно.
Сок дерева.






