ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

На кассете было написано: «Погляди-ка, невеста!». Изящно подобрав свадебное платье, Элис включила видео. Лицо Тревиса возникло на экране. Все застыли, глядя как неистово жених занимается любовью с нез... Стерва Трейси Митчелл 1 — Сколько роз! — Свадебное платье… красного цвета? — Оно розовое, разве не видишь? — Да, но этот бутон впереди… — Она и сама у нас как бутон… Дженнифер расхохоталась. Ну и фантазия у их сумасбродной подружки — венчаться в поэме из роз. Но выглядело это действительно великолепно. Да еще рядом с таким женихом… Тревис Питерсон… это имя звучало как сахар. Пожалуй, для всех, кроме Дженнифер. «Наверное, потому, что я не люблю шоколад, равнодушна к клубнике и даже мороженое не ем», — размышляла она про себя. Да, но все-таки Тревис — что надо… Она потянулась. До свадьбы осталось всего ничего, а Элис еще даже не видела платья. Это был их сюрприз — Джен и Джери, двух лучших подружек невесты. Они дали понять, что готовят ей нечто особенное. — Как ты думаешь, ей понравится? — Шутишь, Джери? Она же мечтала о нем. — Да, но может она не всерьез… — Ты когда-нибудь видела, чтобы Элис шутила такими вещами? — Это точно. Когда речь идет о Тревисе, чувство юмора Элис… Они засмеялись, не отводя, впрочем, глаз от этого чуда, лежащего на столе и отливающего всеми оттенками роз. — Еще беленького бы немножко… — Брось, Джен, почему это все свадьбы белые? Этот цвет неживой. — Ты уже заговорила как Элис. После нового взрыва смеха Джери вдруг оглянулась. Элис Китон стояла на цыпочках и не дыша разглядывала свое платье, боясь прикоснуться. Джен подмигнула Джери, и та поняла, что тревогу подружки как рукой сняло, стоило той увидеть счастливые, полные слез глаза этой дурочки Элис. Джери чуть не стошнило, но она улыбалась. «Давай, наслаждайся, бутончик. А Тревиса ты не получишь. И никто его не получит. Никто». Джеральдина Эмма Макдауэлл была дочерью экономки в доме отца Элис, А

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Она, конечно, наивна и не имеет представления о настоящем зле, но очень решительна и упряма.

И Алекс сказал: «Ну что ж, если у этого вертопраха к тебе серьезное чувство, пусть время покажет».

Прошло целых пять лет. Позади остались и школа, и колледж. И все это время Тревис сохранял трогательную верность подруге. Они учились вместе в Калифорнийском университете, он, Элис и Джен. Джери после школы пошла работать официанткой, потом стала барменом. Учиться она не хотела. Она так и жила на денежки Алекса Китона, тратя свои на карманные расходы. Джери, как и сам Тревис, была дармоедкой с великосветскими замашками. Никто не знал об их встречах. Иногда ему казалось, что Джен что-то подозревает, но он не был мнительным и быстро выбрасывал из головы неприятные мысли. А удовольствия, на которые не скупилась Джери, стоили того.

* * *

Началось это на одной вечеринке. Еще в школе. Он тогда выпил лишнего и заснул в спальне друга. А когда проснулся, одежды на нем уже не было, Джери массировала его плечи, касаясь подбородка своей грудью — ничего роскошнее он сроду не видывал — она что-то шептала, и это было так эротично… Разве он мог устоять?

— Я никому не скажу, — говорила она, когда все закончилось, — прости меня, Тревис, но я от тебя без ума. Без ума… ты мне снился. А я тебе снилась?

Он раньше не особенно ее замечал. У Джери была репутация настоящей вампирши. Он никогда не думал, что она может быть такой нежной и так ворковать. Она будто знала, что сказать, как и когда. Иногда он задумывался, не играет ли она с ним в ту же игру, что и он с Элис. Но она так ему льстила (а он был тщеславен), что Тревис проглатывал эту наживку, не желая забивать себе голову чем-то неприятным.

Да он и не видел причин, по которым Джери стала бы разыгрывать перед ним спектакль. Не видел, как она смотрит на Элис — баловницу судьбы, у которой есть все. Он недооценивал силу зависти, потому что сам этим пороком не обладал. Единственный, кем ему хотелось всегда быть, — это он сам, Тревис Питерсон. По его мнению, не хватало ему только денег. А Джери завидовала не только богатству своей подруги. Она мечтала быть ею — в глубине души ей хотелось иметь эти голубые глаза с необыкновенным разрезом, эти розовые губы, белокуро-золотистые локоны, это изящество ручек и ножек, ангельский голосок, а главное, ей хотелось, чтобы ее любил Алекс Китон, чтобы ею восхищалась мать, чтобы Джен была к ней точно так же привязана, да и Тревис… Он хоть и считал ее дурочкой, а иногда, сам того не замечая, так смотрел на нее…

Ей хотелось иметь золотое сердце Элис, хотя сама она вряд ли это понимала. Ведь Элис нельзя было не любить… И Тревис со временем… Ловила же она его странный взгляд, благодаря которому даже Джен начинала верить, что Тревису Элис нужна.