Хм. Я повернула и дернула ручку. Заперто. Этот гавнюк, вероятно, пошел на обед, оставляя на меня свою работу. Я впихнула папку в почтовое отверстие на его двери, надеясь, что бумаги разлетятся по всему кабинету и ему придется подбирать и сортировать их самому. Это было бы ему уроком. С другой стороны, я надеялась, что такого не случится, поскольку зная его, можно было точно утверждать - он заставил бы меня сделать это, а сам наблюдал, как я трачу время, вместо того, чтобы пытаться закончить мой уже невозможный проект.
Черт! Я повторила это про себя в сотый раз за последний час. Мчась вниз через темный холл, теперь уже пустого, здания, сжимая в руках материалы для презентации, я мельком взглянула на часы. 7:20. Боже, сегодня хоть что-нибудь пойдет так, как мне нужно? Мистер Райан поимеет меня в зад – я опаздывала на 20 минут. Он ненавидит опоздания. Слова «опоздание» нет в Словаре Мудака Беннетта Райана. Как нет слов «сердце», «доброта», «сострадание» и «спасибо».
Я снова поймала себя на мысли планирования убийства того ублюдка из «Кинко»*. Все о чем я просила – простая работа. Сделать несколько копий и сшить несколько документов. Это просто. Положил, скопировал, вытащил. Но нет. Два часа. Это заняло два часа!
И теперь, я, пробегая пустые залы здания в моих итальянских туфлях за 350$, мчалась к своему палачу. Дыши, Хлои. Он может почувствовать запах страха.
Приближаясь к залу заседаний, я бессмысленно попыталась успокоить себя: может, он задержался в своем офисе и еще был занят работой. Да, точно. Я подошла к его кабинету, и мои страхи оправдались: дверь была открыта, настольная лампа освещала комнату, а его большое кожаное кресло было пустым. Дерьмово.
Я замедлила шаг, поскольку приблизилась к залу заседаний. Тусклый свет пробивался из-под закрытой двери. Он определенно был там, ожидая меня. Держа пачку документов в руках, я попыталась пригладить волосы и поправить одежду. Сделав глубокий вдох, я постучала в дверь.
“Входите”. От тона его голоса у меня дыхание перехватило. Он не казался сердитым. Хуже, он был скучающим. Уставшим от ожидания.
Расправив плечи, я вошла в тускло освещенное помещение. Одна стена этой большой комнаты целиком состояла из огромных, от пола до потолка окон, открывающих прекрасный вид на городской пейзаж Чикаго с высоты 18 этажей. В центре стоял большой деревянный стол для переговоров, во главе которого, лицом ко мне, сидел мистер Райан.
Его пиджак висел на спинке стула, узел галстука был ослаблен, рукава рубашки закатаны до локтей, а пальцы сложены в замок. Прекрасное лицо было скучающим. Он устало посмотрел мне в глаза, но ничего не сказал.
“Прошу прощения, мистер Райан” сказала я, дрожащим голосом, все еще тяжело дыша. “Возникли проблемы с…” Я остановилась.






