— И будешь совершенно прав! — тряхнув седой шевелюрой, высокомерно вскинул массивную голову грозный противник. — Сегодня моя мать будет отмщена! К чему разговоры — просто умри!
Я запоздало сообразил, что с тыла на меня надвигается что-то ужасное и неотвратимое. Даже воздух сгустился и загудел от той небывалой угрозы, что повисла в нём. Не рискнув повернуться к противнику спиной, я подошёл к нему вплотную и, пристально посмотрев в горящие сумасшедшим блеском глаза, прошептал:
— Нет, сегодня умрёшь ты! Если встретишь в аду свою мамашу — передавай привет.
Реакцией на мои слова послужил сатанинский хохот, но мне было не до смеха. То, что я увидел в глазах маньяка, заставило мои волосы зашевелиться. В расширенных зрачках Рональда отразилось неслыханное по силе энергетическое цунами, грозившее навеки отправить в небытие не только меня, но и всю Долину вместе со священным островом. Увидев мою реакцию, маньяк продолжил заливаться истерическим смехом. Не обращая более на него внимания, я повернулся лицом к грядущему катаклизму, призывая все имеющиеся у меня силы. Вся мощь, доступная маньяку, была вложена в это умопомрачительное творение. Непередаваемо огромная, сплетённая из фрагментов сил, покорённых племянником, изрыгающая огонь и хлопья чёрной пены, исполинская волна надвигалась на меня, постепенно заслоняя собой покрытое тучами небо Долины.
Почувствовав боеготовность сконцентрированных для поединка сил, я широко расставил ноги, принимая устойчивое положение, и выбросил вперёд руки, с кончиков пальцев которых струились потоки мощи. Повинуясь мановению моей правой руки, Айстель мгновенно выставил навстречу чудовищной атаке множество острых шипов-волнорезов, миновать которые сорвавшаяся с цепи мощь уже не сможет. После этой контратаки мелкие потоки разъярённой, но уже разбитой на множество фрагментов, силы встретит плотина, воздвигнутая мной при помощи Фонтана. Вот так! Даже не прибегнув к помощи Зеркала, я остановлю зарвавшегося придурка.
Повернувшись к своему оппоненту, я увидел, что и он времени зря не теряет — прекратив идиотский смех, Рональд ожесточённо манипулировал мощными руками, что-то бормоча себе под нос. Сомневаюсь, что маньяк имел возможность что-то присовокупить к своему детищу — навряд ли в его арсенале ещё оставались силы после создания подобного монстра. Но, не имея возможности усилить разрушительную мощь своего творения, Рональд корректировал движение адской волны. Вновь обернувшись к выставленной защите, я оторопел от увиденного. Сбавив напор, произведение Рональда не разбилось о шипы Айстеля, а неторопливо и настойчиво перетекло сквозь них.






