Ставшая уже привычной волна гнева и сочувствия накрыла Джону. Так устроен мир. Он сказал:
— Я подумаю.
Воскресенье, 12 декабря 2004
Проснулся он поздно. Вик уже отправился на работу, недолго поспав, — накануне он дежурил, — ушли и Майк с Катлером на утреннюю пробежку. Джона пошарил на кухне — отыскалась начатая упаковка риса быстрого приготовления, соевый соус и кастрюлька. Можно изобразить усеченную версию традиционного японского завтрака. Когда он рылся под раковиной в поисках дуршлага, из туалета послышался грохот сливаемой воды.
— Кто там? — окликнул он.
— Это Майк? — спросил женский голос.
— Это Джона.
— Привет. — Из туалета вышла Дина, подружка Вика. — Не знала, что ты здесь.
— Перекантовываюсь пока.
Он думал, что придется объяснять причину, однако девушка не стала расспрашивать. Подвязала потуже халатик, легонько поцеловала Джону в щеку и сказала:
— Рада тебя видеть. Который час? Ей-богу, я только проснулась. Будешь кофе?
— И я не знал, что ты здесь, — сказал он.
Дина открыла кухонный шкафчик, скроила гримасу:
— Пусто. Прилетела ночным из Гонконга. В семь утра. Вик тоже не знает, что я уже тут. Приехала сюда прямиком из Кеннеди. Кофе совсем нету?
— Как долетела?
— Кое-как. Зато приплюсовала восемь тысяч миль, у меня их уже — не сосчитать. Могу свозить все семейство вместе с собакой на Луну и обратно. К тому же «Катай Пасифик» дарит подарки пассажирам бизнес-класса.
Дина Жирардо подхватила в 1990-е моду на ретро-пятидесятые: подпоясанные платья выгодно обрисовывали ее длинное и узкое тело, черно-белый контрастный макияж на личике сердечком смотрелся куда лучше трехсот миллионов современных оттенков. Волосы она удерживала заколками-невидимками, ногти на ногах красила в лиловый вампирский цвет.
— Пойдем-ка в «Старбакс». Ты как?
— Я за.
Полчаса ушло на макияж: девица укладывала челку, обводила глаза карандашом и тушью, придавала с помощью вишнево-красной помады пухлость губам.
— Вылитая Гвен Стефани, — похвалил Джона.
— Я-то имела в виду Джейн Мансфилд, — призналась она. — Но сойдет.
Они взяли зонтики. На выходе охранник, все еще подшофе, икнул и отдал им честь. Не прошли они и полквартала, как вслед им раздался затяжной свист. Дина польщенно улыбнулась.
За кофе она рассказывала о своей работе. Она ее терпеть не могла, но дело есть дело.
— Сама решаю, за что браться, — пояснила она. — И график свободный.
На выходе из кафе ветер рванул у Дины из рук зонтик, сломал две спицы. Джона держал свой купол над ней, пока она ждала такси, чтобы ехать в центр на праздничные закупки. Они стояли, тесно прижавшись друг к другу, Дина обхватила Джону за спину: столько времени потрачено на прическу, обидно, если волосы намокнут.
Подъехало такси, Джона распахнул перед Диной дверцу.
— Бери, — сказал он и протянул ей свой зонт.






