Очень дорогое, шикарное место. На Коллз-стрит, там понастроили модных бутиков и отелей с видом на реку. Весьма недурно зарабатывает. И все же… — Джульет пожала плечами.
— Это не совсем то, чего вы от нее ожидали?
— У нее диплом по психологии.
— Времена сейчас тяжелые. Возможно, она ждет, когда появится настоящая работа по специальности.
— Я бы тоже хотела так думать, однако…
— Однако?..
— Честно сказать, мне кажется, она попусту теряет время. Диплом получила два года назад. И еще академический отпуск брала на год, перед защитой.
— У нее есть бойфренд?
— Кажется, есть. Правда, мы его ни разу не видели и она почти ничего о нем не рассказывает. Мы в основном общаемся по телефону да еще эсэмэсками. Знаете, дети сейчас не считают нужным навещать родителей, только если им срочно что-то понадобится, ну и по праздникам иногда.
— Молодые люди предпочитают не посвящать родителей в свои проблемы, — согласилась Энни.
— Она уже взрослая. Я в ее возрасте была замужем.
— Времена меняются, — изрекла Энни. — В наши дни дети дольше живут под родительским крылышком.
— Энни вовсе не сидит у нас на шее, если вы об этом. И она с большой радостью в свое время упорхнула из дома. В общем, проблема не в этом.
— А в чем же проблема? — спросила Энни, теряя остатки терпения.
Она почти уверилась, что миссис Дойл намерена пожаловаться на заурядные домашние дрязги, и тихо злилась при мысли о том, что ей приходится не только замещать Бэнкса по работе, пока он где-то прохлаждается, но и решать за него дурацкие проблемы личного свойства.
— Почему вы решили прийти сюда? Чем, на ваш взгляд, Алан мог бы помочь?
Джульет напряженно замерла:
— Он бы знал, как надо поступить, он бы посоветовал насчет этого.
— Насчет чего? — Энни сознавала, что почти перешла на крик, но ничего не могла с собой поделать.
— Насчет пистолета, — глядя в пол, ответила Джульет Дойл. Она говорила так тихо, что Энни едва ее слышала. — У нее есть пистолет.
— Рассказывайте, как все произошло.
Суперинтендант Катрин Жервез, начальник отдела по особо тяжким, стояла, опираясь бедром о край письменного стола и скрестив руки на груди. Она столь грозно нависала над ними, что Энни показалось, будто они с Джульет — две провинившиеся школьницы, которых вызвала к себе директриса. Что и говорить, при желании Жервез умела произвести должное впечатление. Энни раскрыла блокнот и, замерев в ожидании, держала ручку наготове. Как бы ни развивалась ситуация, неизбежно возникнет куча бюрократических формальностей и ей лучше быть во всеоружии.
— Я пылесосила и прибиралась у нее в комнате, — начала Джульет. — Честное слово, я ничего нарочно не выискивала. А Эрин завтракала и смотрела внизу телевизор. Я люблю, чтобы в доме было чисто, вот и пошла наверх навести порядок, ничего дурного в этом не вижу.






