ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Англичанка Луиза Стейси была рада даже самой тяжелой работе, которой пришлось заниматься в поместье у Стива Брайента. Трудолюбивая и задорная, она стала всеобщей любимицей. И вот, когда поместье превр... Верь мне! Аманда Дойл Глава 1 Неровный свет отблесков огней проплывающих мимо вагонного окна селений время от времени озарял силуэты попутчиков. Луиза безрадостно спрашивала себя: будет ли она когда-нибудь чувствовать радость — и будет ли она когда-нибудь вообще что-то чувствовать? Она еще не опомнилась от сумасшедшей спешки через пихающийся, гуляющий, напористый поток уличного движения Сиднея, от стремительного бега по эстакадам и бесконечным лестницам Центрального вокзала. Она еще не поняла необратимости просьбы: «Один билет во второй класс до Нандойи, пожалуйста», когда наконец подошла ее очередь к билетной кассе. Она вообще ничего не чувствовала с той ужасной минуты, когда мистер Кларк медленно снял старомодные очки в роговой оправе, посмотрел на нее с обиженным удивлением в добрых голубых глазах и произнес: — Ну, мисс Стейси, надеюсь, вы понимаете — у нас нет другого выхода. Мы вынуждены немедленно отказаться от ваших услуг. Компании важно поддерживать безупречную репутацию, а в свете доказательств, которые мисс Пул, к счастью для нас, обнаружила, у нас нет выбора. Так что заберите свои документы. Миссис Берджес выдаст вам зарплату, когда будете уходить. — Он увидел немое огорчение, которое Лу не смогла скрыть, и взорвался — почти закричал от разочарования и раздражения: — Право, мисс Стейси, я не могу понять, почему вам взбрело в голову подделывать цифры в книге мелких поступлений! Вы же знали, что всегда можете обратиться ко мне, если у вас личные затруднения! Устраиваясь к нам на работу, вы сказали, что у вас в Австралии никого нет. И мы бы постарались как-то вам помочь. До сих пор ваша работа была вполне удовлетворительной. Мне казалось, что вы искренне заинт

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Вернее, Лу даже не могла его себе представить, поскольку ничего не знала о жизни деревенской Австралии — как, впрочем, и вообще о деревенской жизни. Но в объявлении и не оговаривалось, что нужен опытный работник. Требовалась способная женщина в качестве временной гувернантки. Ну, так она ведь женщина, в конце концов. И к тому же взрослая — ей уже двадцать один, а чувствует она себя так, будто ей намного больше. Лу не была уверена в своих педагогических способностях… но ведь у нее есть опыт общения с непослушными близнецами Норы. А последнее условие работодателя заключалось в том, что эта способная женщина должна немедленно выехать на место на Западном экспрессе во вторник, 16 июня. Адвокатская контора «Бейтс и Хьюстон» снабдит ее деньгами на проезд до станции Нандойя.

Лу конечно же могла выехать немедленно, и она оказалась единственной претенденткой на это место. Адвокаты облегченно вздохнули при ее появлении, почти не задали вопросов, вручили деньги на проезд и сказали, что оповестят мистера Стивена Брайента из Ридли-Хиллз о ее скором прибытии. Наверное, бедная миссис Брайент заболела, подумала Лу. Может быть, ждет еще одного ребенка или ей нужна помощь с обучением детей. Хозяйка, у которой Лу снимала квартиру, просветила девушку об уроках по почте для детей из отдаленных деревень, добавив, что, вероятно, матери нужна помощница, которая следила бы за выполнением заданий, пока та будет заниматься другими делами. То, что нужно! Лу уверила себя, что от нее не требуется ничего, кроме здравого смысла, а миссис Брайент может даже оказаться второй Норой: немножко сестрой, немножко матерью, немножко другом. И на этой успокаивающей мысли Лу провалилась в сон.

Ее разбудил какой-то скрежет. Затем раздался стук стеклянных дверей, нетерпеливо распахнутых кем-то, раздраженным долгой, полубессонной ночью, проведенной в неудобной позе в неуютной обстановке. Это оказался мужчина, что сидел напротив Лу, — пожилой, коренастый. Он снял коричневый плащ и решительно расхаживал взад-вперед по коридору вагона. В тусклом предрассветном полумраке Лу смогла разглядеть габардиновые брюки, спортивную куртку, далеко не новую, и тускло поблескивающие бежевые ботинки. Ну, уж он-то не фермер, решила Лу. Хотя на этих бескрайних и немноголюдных просторах их, кажется, не называют фермерами. Фермеры держат коров, кур, даже овец на маленьких участках плодородных земель вдоль побережья и орошаемых районах или выращивают пшеницу, фрукты… А людей из глубинки здесь называют скотоводами или овцеводами, а точнее, пасторалистами (так сообщила Лу ее хозяйка). А владения их называются не фермами, а станциями.