Затем я целовала бы твои губы и клитор, и ласкала бы его языком.”
Подушечками пальцев Маккензи повторяла действия, описываемые Колби.
“Если на твоем кресле есть подлокотники, то положи на них ноги.”
Маккензи исполнила приказание, при этом на некоторое время потеряв способность говорить. Колби, должно быть, не сомневалась в послушании Мак, потому что, как только та закончила, она выдохнула: “О, Господи, ты выглядишь великолепно! Ты хочешь, чтобы я поцеловала тебя?”
“Да, пожалуйста.”
“Я прижалась бы губами к твоей киске и сладко бы поцеловала ее. Затем я бы провела язычком по твоему клитору.”
Маккензи застонала, полностью окунаясь в фантазию, рисуемую Колби.
“Я захватила бы твой клитор губами, посасывая его и лаская языком.”
Отвернувшись от телефона, со стонами ловя губами воздух, Мак вспоминала голодный и возбужденный взгляд Колби, извивающейся в оргазме на встрече выпускников.
“Уверена, что сейчас ты очень мокрая, Маккензи. Если бы я захотела ввести в тебя свой палец, он скользнул бы внутрь без всякого препятствия, правда?”
“Да.”
“Я очень хотела бы сделать это. Ты ведь не против?”
“О, Господи, да,” - простонала Мак, и ей показалось, что Колби простонала в ответ.
“Расскажи мне о том, чего я не вижу,” - попросила та.
Маккензи ввела палец в жаркую влажность своего тела, вызванную женщиной, которую она втайне желала многие годы.
“Я мокрая и я… я так близка к… я больше не могу…”
Колби прервала ее: “Я не хочу, чтобы ты кончала, еще нет.” “Хорошо,” - прошептала Мак и прикусила губу.
“Убери руку.”
“Но…”
“Пожалуйста, Маккензи.”
“Хорошо.”
Она медленно вытащила палец, чувствуя, как тонкая струйка влаги потекла по ее промежности в ложбинку между ягодиц.
“Положи пальцы в рот. Расскажи мне, какая ты на вкус.”
Мак провела языком по своей верхней губе, а затем положила в рот мокрые пальцы и застонала. Ее тело дернулось, когда мозг снова предоставил ей картинку-воспоминание: лицо Колби в момент наивысшего наслаждения.
“Скажи мне,” - приказала Колби.
“На вкус я такая же, как и ты. Одновременно и сладкая, и солоноватая, и похожая на…” “На что?”
“На секс. На желание и…”
“Верни свою руку туда, где она была”.
Маккензи так и сделала, быстро разведя свои губы так, чтобы возбужденный клитор был открыт прохладному воздуху. Она ввела в себя палец и начала медленно производить им ритмичные движения.
Затем выдохнула, вздрогнула и чуть не кончила, но сильно сжала бедра, чтобы сдержать оргазм.
“Не сжимай бедра, Маккензи. Впусти меня внутрь” - попросила Колби срывающимся голосом.
Мак откинула голову назад, все еще зажимая плечом телефон, представляя, что это пальцы Колби входят в нее и борясь с подступающим оргазмом.






