Там было еще несколько фотографий Маккензи и Палмер, выходящих из клуба и фотография Маккензи, машущей Палмер на прощание на следующее утро. Колби было тяжело смотреть на этот снимок. Вдруг она увидела фотографию себя, стоящей у окна с отчаянием на лице. Этот снимок был сделан вчера.
“Какого черта?” Колби наклонилась и взяла в руки папку, чтобы рассмотреть фотографии. “Это вчера? Как вы…?”
Барб скривила рот в усмешке. “Как говорят, цифровые камеры творят чудеса.”
“Что вам нужно на самом деле?” голос Маккензи звучал устало, и Колби это не нравилось. Ник взял папку из рук Колби и сел в кресло, просматривая снимки.
“Мы не хотим, чтобы вы разводились.”
Ник и Маккензи ошеломленно уставились на них. Маккензи пришла в себя первой. “С какого такого хрена ?”
“Следи за своим языком, Маккензи. Нам кажется, что вы оба не смотрите в будущее. Ты думаешь, нас правда заботят ваши интрижки? Это не так. Но мы…” Барб и Арнелт взглянули друг на друга. “Мы знаем, что одно неправильное решение может изменить вашу жизнь навсегда. Вы не понимаете, как тяжело будет маленькой девочке, когда она будет поступать в частную школу? В наши дни они все учитывают.”
“В Роухбете?” выпалила Колби. Она даже не знала, что в городе были частные школы, тем более такие, которые принимали детей на основании семейного положения или ориентации их родителей.
Барб продолжила, делая вид, что не заметила ремарки Колби. “Если она не попадет в хороший детский сад, ей будет трудно попасть в хорошую школу, а потом и в лучший колледж.”
“Вы, должно быть, шутите?” неверяще уставилась на них Маккензи.
Колби ждала ответа Барб, но выражение лица женщины говорило, что она не принимала Маккензи всерьез. Колби нравилась такая сторона Маккензи. Она давно ждала, когда она себя проявит, и когда это случилось, это было восхитительно.
“Твои родители в разводе, поэтому тебе не понять как для нас это важно. В нашей семье еще не было разводов - ни с моей стороны, ни со стороны Арнелта. Никогда. Мы пытались отговорить Ника жениться на тебе так поспешно, но он не послушался. У вас есть ребенок. Вы не можете нарушать клятвы, данные перед алтарем.”
“Клятвы? Дело не в клятвах. И даже не в Оливии,” сказала Маккензи. “Это все из-за того, что вы боитесь, что подумают ваши друзья. Вы больше заботитесь о том, что подумают чужие люди, чем о чувствах вашего сына.”
Арнелта похоже не заботило ничего, что говорила Маккензи, поэтому он адресовал свой следующий вопрос сыну. “Ник, а как же твои политические амбиции? Жители Роухбета никогда не выберут кого-то, кто не смог сохранить свою собственную семью. “
Наконец-то мы пришли к главному. Жители Роухбета? Они что все еще живут в средневековье? Какое дело жителям Роухбета до того разведен он или нет - думала Колби.






