ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Расстроенная провалом на премии "Сценарист года", Марика Леви — успешная и амбициозная молодая женщина — впадает в краткосрочную депрессию. Вечер и бокал вина не притупляют чувство горечи. Когда и... Уровень: Магия Вероника Мелан Благодарности Отдельное спасибо Морозовой Ольге за вычитку и коррекцию текста, а также за поддержку и дружбу. Спасибо Маргарите за бета-ридинг и за то, что делит со мной палатку. Спасибо моему мужчине за то, что верит в меня везде и всегда. Патриция. Не она, Марика, а другая женщина, взявшая титул сценариста года… Дорогое черное платье моментально сделалось тесным, грудь сдавило, швы впились в ребра, ноги под юбкой вспотели. Противные, длинные, такие неустойчивые каблуки… зачем? Столько вбухано в наряд… столько месяцев томительного ожидания, сколько работы, бессонных ночей, выпитого кофе и сколько моментально канувших в небытие амбиций… Марика и сама не знала, как сумела усидеть на месте — не броситься, не побежать прочь, оттаптывая ноги и огрызаясь в ответ на брошенные шепотом проклятия, не опозориться перед десятками телекамер. Не опозориться в самом конце, проиграв. Сумела она и пойти на следующий за церемонией награждения банкет. Несмотря на трясущиеся руки и остекленевший взгляд, сумела выдержать лживые сочувствующие улыбки коллег, не напиться, не высказать директору канала красноречиво просвечивающие через глаза «честные» мысли и, даже усаживаясь в такси, смогла удержать голову высоко поднятой. Задыхаться в рвущих горло спазмах, перепугав водителя, она начала только по дороге домой. Два раза ударилась лбом в боковое стекло, закрыла лицо руками и затихла. * * * За день до этого. Красивый. Утонченный. Образованный. Одет с иголочки: у рубашки цена пассажирского лайнера, у джемпера — истребителя, у часов — всего международного аэропорта, включая ремонтную технику, рабочий персонал и питейные заведения на его территории. Не говорит, а мягко

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ела медленно, не торопясь, как он любил — ведь женщина должна быть красивой во всем: в еде, разговоре, сексе…

К слову, они занимались этим самым сексом вот уже несколько месяцев: то в ее просторной квартире на восемнадцатом этаже, то в его пентхаусе. Ричард даже несколько раз оставался ночевать — хороший знак (и каждый раз она старалась удивить его утонченным завтраком), но дальше секса, походов по театрам, ресторанам и иногда джазовым выступлениям дело, к ее разочарованию, почему-то не шло.

Может, он ждет, пока она завоюет этот титул? Добьется новой должности, карьерного роста?

— …певцы этой оперы с аншлагом выступили в Клендон-сити. Столица гремит. Мы обязательно должны посетить театр на этой неделе, ты так не думаешь?

Марика думала. Но не о театре. А о том, что им давно пора бы уже съехаться и жить вместе. Расширить и углубить планы, разнообразить их семейным бытом и совместным досугом. У нее денег достаточно, у него — куры не клюют, так почему бы не начать наслаждаться жизнью? Не отдельно, как было до того, а вместе.

Ну, предложи ты уже… возьми меня за руку, притяни ладонь к губам и прошепчи заветные слова!

Вечер близился к концу. А затем сколь ожидаемо, столь же и стремительно закончился.

Съехаться Ричард так и не предложил.

Что еще нужно? Великолепная жизнь. Мужчина-спутник идеален, коллеги имениты, кабинет увешан рамками с почетными грамотами, квартира — оснащенный по последнему слову техники райский остров.

Но это все видимость.

Марика чувствовала, что слезы, как и ливень вокруг, видимо, припустили надолго; отхлебнула порядком разбавленного дождевыми каплями джина и застыла, глядя на ночной Нордейл.

Город-сказка, город-мечта… Город осуществления планов, идеальное место для целеустремленных людей, необъятные горизонты возможностей.

Вот только жизнь, как корка подгнившего арбуза: гладка на ощупь только снаружи, а вскроешь тонкую стенку — там гниль. Мужчина-спутник — трус и пустозвон, не способный принимать сложные решения и пятящийся назад всякий раз, стоит на горизонте замаячить ответственности за собственные действия. Именитые коллеги оборачиваются стаей беспринципных волков, стоит линзам фото и видеокамер отвернуться в сторону; награды в кабинете — сплошь формальность для тех, кто проработал в компании дольше трех лет, и ни одной той, что грела бы душу по-настоящему. А что до квартиры? Да, бесспорно хороша. Но даже небеса бы опостылели тому, кому не с кем их разделить. Великолепная деревянная кухня (где ты готовишь один), отделанная золотом ванная (где ты нежишься в пене один), роскошная драпированная в нежных зеленых и розовых тонах спальня (где ты спишь один).

Иллюзиями приятно кормить соседей, но ими не насытишься сам.

Слезы разъедали не только веки, но и душу.