— Обычно, если у кого-нибудь получается добыть себе такой, это держится в строгой тайне, а потом браслет или кольцо — у кого на что фантазии хватит — передается из поколения в поколение, как те же самые ведьмины коты. Или как родовое оружие. За тем лишь отличием, что его стараются не показывать первому встречному. Все же связь с Тенями несет в себе что-то от Айда. А к Повелителю Тьмы в Валлионе довольно натянутое отношение.
— Чего мне теперь ждать от этого браслета? — задумчиво спросила я, машинально поглаживая изысканную гравировку «подарка». — Судя по всему, тот эар был заинтересован в том, чтобы я добралась до его леса живой.
— Похоже на то, — согласился Лин.
— И, судя по всему, Тени получили приказ охранять меня от всяческих Тварей. Вероятно, то, что он шептал перед смертью, было каким-то заклятием, чтобы браслет принял меня если не как хозяйку, то хотя бы как временную носительницу. А заодно выполнял функцию тюремщика, грозя отморозить мне всю руку, если я решу увильнуть.
Кот вдруг выбрался из-под плаща и настороженно принюхался.
— Странно он пахнет, твой браслет. Должен бы магией сочиться, как свежеподжаренный ломоть мяса, а он почти нейтрален. Никакой маг не учует. Да и Тварь, как ты помнишь, его не узнала.
— А если бы узнала, что было бы?
— Сбежала бы: кахгар — не дурак. Знает, на кого можно скалить зубы, а куда лучше не соваться. Тени далеко от браслета не уйдут: десяток-другой шагов и все — заклятие вернет их обратно.
— Но почему они сразу мне не помогли? Почему появились, лишь когда Тварь готова была прыгнуть?
— Понятия не имею, — честно признался шейри. — Но не думаю, что тебе стоит беспокоиться по этому поводу. По крайней мере, с таким сокровищем можно быть уверенным, что никакая Тварь до тебя больше не доберется. И это значит, что Заброшенный Тракт стал для нас безопасным.
Я слабо улыбнулась.
— Это радует. Знаешь, второй такой встречи моя нервная система не переживет. А что там было в воде? Такое впечатление, что Тварь пришла именно за ним — за цветком, да? Лин, как считаешь?
Шейри неожиданно издал странный звук и диковато расширенными глазами уставился на мою руку. Я удивилась, но послушно посмотрела туда же и вот тогда-то и заметила, что не только эар, но и необычный цветочек оставил мне на память любопытный «подарок».
Я неверяще поднесла ладонь почти к самому носу и наконец поняла, почему браслет так долго не хотел успокаиваться после реки и почему кожу до сих пор жгло холодными иголками. Как раз в том месте, куда ткнулись белые лепестки. Потому что сейчас там красовалась совершенно непонятная отметина — четкая, ровная, будто выжженная на коже неведомым огнем. Вернее, шесть отметин, слившихся в подобие круга. Этакий цветочный орнамент, необычным знаком улегшийся на мою ладонь.






