ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Загадочная и завораживающая книга, которая перенесет вас в мир историй и приключений, полный неожиданных поворотов и фантастических миров. Ее страницы наполняются живыми персонажами, каждый из которых... Маг Валерий Капранов Первое свидание Кажется, успел… На часах 11–57. Изнывая от духоты и обливаясь обильным потом, я отчаянно работая локтями, пробирался к выходу из переполненного пассажирами маршрутного такси. Что ни говори, а приспособленность наших граждан к «прелестям» общественного транспорта, является неотъемлемой частью их повседневной жизни. Это вам не программный курс школы по выживанию. Это реальная действительность нашего времени. То, за что люди на загнивающем Западе платят бешеные деньги, называя это модным словечком ЭКСТРИМ, нашему соотечественнику даётся совершенно бесплатно. Здесь как нигде, есть возможность испытать всю полноту ощущений. Горячее дыхание, обогащённое насыщенным перегаром с немыслимой комбинацией всевозможных паров от горючих напитков. Устойчивый букет из запахов пота, палёной резины, прелой ветоши и паров бензина, в раскалённом от жаркого солнца салоне, мчащейся по переполненным автомобилями дорогам маршрутки. Обязательно ощущается, привитое нам ещё во времена развитого социализма, неотъемлемое для нас чувство локтя. Оно присутствует, от непроизвольно парализованных тел, набитых в маршрутку как сельди в банку. Всё это дополняется отдельными комментариями по отношению к близким родственникам, в адрес водителя и кондуктора, когда создавшаяся биомасса, проверяет на практике физические законы сжатия и растяжения на крутых виражах и при резком торможении перед светофорами. В эти моменты особенно проявляется творческий потенциал отдельных индивидуумов, раскрывая перед присутствующими неисчерпаемые ресурсы ненормативной лексики и богатого на колорит, ядрёного русского мата. Я не любитель острых ощущений. Скорее наоборот, мне присуще стабильн

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Идеальный немецкий порядок, радует глаз, начищенными до блеска медными дверными ручками, и аккуратно с любовью, выкрашенными стенами станции.

Среди встречающих Фридрих фон Айнхольц не увидел ни одного знакомого лица. Да и самих встречающих здесь было не особенно-то и много. Городок был небольшим, и народ в нём жил своей размеренной жизнью, не утруждая себя частыми разъездами по железной дороге.

Подняв воротник, поношенного, мятого, пальто, и кутая в него небритое лицо, от весеннего холодного ветра, он спрыгнул с подножки поезда. Забросив за спину котомку, с нехитрыми своими пожитками, барон уверенно зашагал по родным и уже заметно изменившимся за это время улицам, на встречу со своим счастьем.

— Что молчишь, аль ответом подавился?…

Коренастый крепыш судорожно вздрогнул, от внезапного прикосновения на своём плече. Он готов был поклясться, что ещё секунду назад там никого не было, а теперь у него за спиной стоял человек.

Водитель скосил перепуганный взгляд на ужасные корявые грязные пальцы, лежащие на его плече. Пожелтевшие длинные ногти были увенчаны мутно серой, забившейся под них траурной грязью.

Издавая нечленораздельные звуки, крепыш обернулся.

Перед ним стоял сутулый человек среднего роста. Определить его пол или возраст, было достаточно сложно. Так как, несмотря на невыносимую жару, неизвестный был наглухо закутан в военную плащ палатку. Его капюшон скрывал лицо до самого подбородка, пряча внутреннее содержимое в глубокую тень. Утробный голос, доносившийся из недр плащ палатки, не поддавался классификации. Он мог быть как мужским, так и женским и обладал тональностью неопределённого возраста.

— Так ведь, эта… застрял я тут. Вон, увяз по самые гланды.

Попытался взять себя в руки водитель, указывая волосатой клешнёй в сторону просевшей в колею Газели.

— Тогда выгружай прямо здесь, — скомандовала плащ палатка.

— С какой это стати, я тебе, что грузчик что ли? Мальчика бля… нашёл… Да и вообще, кто ты такой, покажи бумаги на груз? — запротестовал расхрабрившийся крепыш.

Из недр плащ палатки раздался самоуверенный раскатистый, утробный хохот. Нырнувшая за пазуху рука, извлекла оттуда клеёнчатый файл с бумагами и протянула водителю.

— Вот заявка, накладная и документы. А по поводу грузчиков, ты конечно прав. Только вот такая дорога до самого питомника будет. И кто знает, когда ты по ней доедешь, если будешь играться с каждой канавой.

— Это что же там за питомник такой? Первый раз о таком слышу, подозрительно покосился на фигуру коротышка, возвращая проверенные им бумаги.

— Кому надо тот знает, — ответила плащ палатка. — Ты вон лучше подумай о своём грузе. Вон жара, то какая. Подпортишь, всю партию забракую и повешу тогда на тебя неустойку.

— Ты меня не пугай.