Но потом, когда одна из отброшенных Дедом тварей, с исступлением прыгнула на меня… Глядя в упор, на летящую мне на встречу безумную бестию, я оправился от сковавшего меня шока и врождённый инстинкт самосохранения, моментально вернул меня к суровой реальности.
Острые когти прожгли неописуемой болью, моё воспалённое от ожогов плечо и тут же прямо перед собой, я увидел разинутую клыкастую пасть…
Время, словно остановилось, предоставив мне шанс, для того, чтоб я мог сконцентрироваться и принять — единственно верное и правильное решение.
Стиснув крепче в ладони, рукоять берендеевского тесака, я, описав в воздухе сверкнувшую серебром дугу, с размаху опустил его на морду летящей бестии.
Нож вонзился с треском в оскаленный череп твари, разломив его наполовину, как головку тугой капусты. Тварь с кряхтеньем осела на землю и задёргала судорожно конечностями, разрывая когтями утоптанный пол пещеры.
С этого момента, я стал другим. Меня словно бы подменили — никакого отчаяния и замешательства, только рубящий воздух нож…
Я поспешно сновал меж тварей, точнее меж тем, что от них осталось, и старался, как можно чётче выполнять порученную мне работу. С каждой новой поверженной медведем или верным его спутником Баяном бестией, передвигаться становилось труднее. Я не знаю, сколько уже прошло времени, от начала этого безумного побоища, но весь пол, был усыпан зелёными трупами и количество их, неизбежно росло.
Вскоре тварей в пещере стало настолько много, что уже ни Баян, ни на миг, не прекращающий отбиваться медведь, не могли с ними ничего поделать. Даже мне, добивающему врагов, приводя в последнее исполнение, как домоклов меч, нависший над тварями приговор, пришлось перейти к отчаянной схватке, чтобы сдерживать их нарастающее наступление.
Эти бестии были уже повсюду, они заполняли собой всю свободную территорию, пядь, за пядью оттесняя нас к дальней стене пещеры.
Одна из тварей, всё ж таки ухитрилась, прорваться вглубь, минуя меня и видя никем не защищённых Илью и барона, пользуясь случаем устремилась к ним.
Старик успел загородить собой мальчишку, откидывая бестию ударом ноги. Но это не смогло надолго остановить хищную тварь и та, повторно бросилась в наступление. Убедившись в том, что имеет дело, не с беззащитной жертвой, а достаточно сильным и опытным противником, на этот раз она была осторожнее. Тварь, делая ложные телодвижения и обманчивые выпады, старалась отвлечь внимание старика. Но Фридрих держался очень неплохо и был сконцентрирован и неприступен, не позволяя застигнуть себя врасплох. Он умело отбивался от злобной твари и размахивал черенком от погасшего факела, перед её скалящейся зубастой мордой. Тварь с досадой металась по сторонам, но так и не прекращала своих попыток.






