Для того, чтобы прочно обосноваться в России, он купил в Нижнем Новгороде, а тогда ещё Горьком, просторную трех комнатную квартиру в старом, дореволюционной постройки доме, и туда переправил необходимый ему скарб. Среди прочих вещей он привёз дорогие напольные часы. Они были фамильной реликвией рода Айнхольцев, поражая глаз, своим искуснейшим, бронзовым литьём, изображающим сценки из эллинской мифологии.
Жизнь в России менялась с переменным успехом, поражая весь мир своей непредсказуемостью. Появлялись, внезапно как на дрожжах, новоявленные миллионеры, наравне, с разрастающимися как плесень, выброшенными на улицу бомжами. Люди постепенно начинали привыкать к создающимся условиям, иногда вспоминая, кто с ненавистью, а кто и с сожалением, о минувших в недалёком прошлом временах.
Вот уже десять лет, как живущий в новой России Фридрих, продолжал свои поиски, теша себя надеждой, что однажды он сможет обнять свою дочь, и поведать ей историю, о её появлении в этот мир, и событиях этому предшествующих.
Слуга подошёл к задней, правой двери. Распахнул её и, сложив свои ладони вместе перед собой, склонился в глубоком почтительном поклоне, выражая покорность и уважение.
Окружающее площадку пространство, тут же облепила толпа зевак и случайных прохожих. Из гостиницы высыпал персонал. Все застыли с не скрываемым любопытством, в ожидании развития дальнейших событий.
Сначала, к всеобщему обозрению, из лимузина показалась голова, прикрытая, таким же, как и у слуги, большим куском белого шёлка. Разница была лишь в том, что удерживали его не один, а два перекрученных, и не чёрных, а золотых обруча. Когда же показался и сам хозяин головы, в рядах толпы пробежали изумлённые вздохи восхищения.
Человек был почти, или может быть, двух метрового роста, в снежно белых и лёгких, развевающихся на ветру одеждах. На широком, инкрустированном золотом поясе, у него висела кривая, турецкая сабля. Ножны сабли и рукоять, были так искусно инкрустированы драгоценными камнями, что от этого блеска, на полуденном солнце, рябило и резало глаз.
Человек, по всей видимости, богатый шейх, с длинными усами и маленькой кардинальской бородкой, мерной аристократической поступью, двинулся по направлению к дверям в гостиницу. На толпу, он не обращал никакого внимания. Видно этот миллионер, уже давно успел привыкнуть, к подобного рода проявлениям любопытства, со стороны впечатлительных европейцев.
Слуга продолжал оставаться возле открытой двери. Из проёма высунулась изящная женская рука в массивном золотом браслете. Слуга, тут же привстав на одно колено, подал обладательнице свою чернокожую руку. И в этот момент по толпе пробежался волной возбуждённый ропот.






