ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Содержание:НАСУЩНОЕ Анекдоты Драмы Лирика БЫЛОЕ Александр Борисов - Будни экспроприации Георгий Адамович - Лето и дым ДУМЫ Евгения Пищикова - Любить по-русски Дмитрий Быков - Телегия ОБРАЗЫ Захар П... Русская жизнь №10, сентябрь 2007 Земля * НАСУЩНОЕ * Анекдоты Накренился вперед Сотрясением головного мозга закончилось для жителя Свердловской области столкновение с поездом. Мужчина, ожидавший поезд на станции Северка, был сильно пьян. Когда состав подошел к платформе, мужчина накренился вперед, и поезд задел его. На «скорой помощи» пострадавшего привезли в екатеринбургскую больницу № 24. Врачи зафиксировали лишь легкое сотрясение мозга. Пешеход, дисциплинированно переходящий дорогу по пешеходному переходу на зеленый сигнал светофора, оказывается под колесами автомобиля, мчащегося на красный сигнал светофора. Водитель, скрупулезно соблюдающий правила дорожного движения, гибнет в страшной аварии. Трезвого пассажира, стоящего на платформе и не заступающего за ограничительную линию, случайно толкают, и он попадает под поезд. Человек, тщательно моющий овощи, фрукты и руки перед едой, получает тяжелейшее пищевое отравление. Рабочий, в точности соблюдающий правила техники безопасности, погибает от удара током или срывается с вроде бы вполне надежной высотной конструкции. И так далее. А с пьяным человеком на станции Северка все было не так. Пьяный человек плюнул на все, махнул на все рукой, напился, стоял на самом краю платформы, накренился… О это прекрасное слово - накренился! Накренился, словно падающая башня или человекопароход, и электричка долбанула ему по кумполу изо всех своих железных зеленых сил. Пьяный человек отлетел в сторону, рухнул на платформу, сбежались люди… Возможно, какая-нибудь баба, по-бабьи обхватив голову руками, закричала по-бабьи: убили! убили! «Скорая помощь», суета врачей, привезли его домой, оказался он живой, вы в следующий раз поаккуратнее, не бро

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он предложил Ивану сесть за стол, но тот отказался, говоря: «Андрей Андреич, ведь ты меня такими блинами все равно не накормишь». Зинер любил шутки. «Накормлю, Иван», - закричал он, смеясь. «Нет, не накормишь, да и твоя стряпуха не успеет за мной». Они хлопнули по рукам, поспорив на 10 рублей. Иван, быстро съев лежавшую на столе стопку, стал ожидать. Зинер, видя, что он в проигрыше, вызвал другую стряпуху, но и в две сковороды они не успевали за Иваном. Рассмеявшись, Зинер вынул десять рублей, уплатил Ивану и сказал: «Ты, Иван, молодец. Я проиграл спор». Долго еще эта история с блинами жила в памяти односельчан Ивана Курыша.

Все указанные выше активисты и коммунисты в заседаниях при закрытых дверях намечали людей к раскулачиванию. Говорили, что наша деревня в 200 дворов должна была дать 25 раскулаченных. Гришка Костерин, когда-то бывший батраком моего отца, настоял включить его в число подлежащих раскулачиванию. Жил он в бедной избушке, стоявшей на окраине деревни на берегу оврага, который в весенние разливы был очень бурным и часто затоплял его избушку, грозя снести ее в овраг. И Костерин, раскулачив отца, за 150 рублей купил с торгов наш большой новый дом.

Все эти коммунисты и активисты любили поживиться за чужой счет, делая половецкие набеги на богатые столыпинские хутора с оружием и без оружия (коммунистам в начале революции разрешалось иметь оружие). Активисты были вспомогательной силой и имели в своих карманах только вонючие советские спички на случай выполнения приказа на поджог да что-нибудь из неогнестрельного, которым можно обороняться при сопротивлении буржуев-хуторян. Входя в хутор, для устрашения его обитателей делался залп из трех-пяти винтовок, которого было достаточно для беспрепятственного осуществления ле-нинского лозунга «Грабь награбленное». Из конюшен и хлевов, дворов и огороженных базов выгонялись стада овец, свиней, телят, коров и лошадей. В первый налет забирался в большинстве скот. Позже грабеж происходил внутри домов. Забиралась одежда, обувь, мебель и посуда. Кое-где хуторяне оказывали сопротивление, и были убитые и раненые.

Пришло время, когда коммунисты и активисты решили ограбить мельницу Зинера. Вооруженные, они ворвались в мельницу, начали резать добротные кожаные приводные ремни и рвать сита, сквозь которые просеивалась мука. Но в это время на мельнице было много мужиков-помольцев из близлежащего села Широкого Карамыша. Это село имело стойкий и храбрый народ, в большинстве зажиточный, и мужики-помольцы контратакой выбросили коммунистов и их приспешников с мельницы, избивая их чем попало.