ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Этот мир еще не принял их. Он только дал им шанс. Да, они победили на первом этапе, они смогли собрать все свои силы для первых же правильных шагов. Всё, больше сил нет, дальше неизбежна деградация... Экспансия Вадим Владимирович Денисов Глава 1 Сергей Демченко , летописец-историк, сталкер-дипломат Я – «шерлокхомец». Раз такой наблюдательный. Именно в этом месте стены Сотников любит стоять в гордом одиночестве и размышлять стратегически – тут целая «россыпь» следов бычкования сигарет, черные точки на неровной поверхности серого камня дождь смывать не успевает. Главный старается поменьше курить. Вот и сейчас, осторожно проворачивая, он сформировал бычок, сунул его в пачку. Ничего толкового из этого не выходит, так только руки пачкать. – Вот и представь. Река маленькая, местами не судоходная. Но важная: на ней поселков много. В этих краях реки… сплошная история, как-нибудь отдельно расскажу. Здесь поселок был, тут – пропал, этот сгорел, а вот новые, их золотодобывающие фирмы построили. Для поселений эта речка – артерия. Ну и ходят по ней суда, буксирчики вроде нашего «Дункана», а порой и еще меньше. Тянут баржи, везут грузы. Пассажирского сообщения на таких реках нет, люди добираются с оказией или на своих лодках. Так вот, приходит такой буксир с баржой в поселок Койкан, так его назову… Сами поселки разные – и по сути, и по статусу, и по населению. Есть промысловые, есть «золотые». Есть районного масштаба. А есть, и таковых немало, дотационные. Спецназвания нет, но на самом деле это просто резервации. – Уж прямо резервации, – усомнился я. – Точно так, – не смутился Сотников. – Живут там представители коренных малочисленных народов. Все делают вид, что поселок – промысловый, хотя все же знают, насколько он убыточен. Реальных работников в поселке не больше пяти человек, остальные живут на «пенсию». Наше государство многим представителям таких народностей платит деньги. То

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

С этого наблюдательного пункта нам удавалось через стену леса разглядеть кусочек моря – оно уже недалеко. В этом месте каньон практически прекращал существование, борта резко падали, ущелье превращалось в долину. Безымянная речка прижималась к нашему берегу, а напротив нас, под одинокой скалой, на широкой площадке стоял Объект.

– Спускаемся?

Гоблин секунду подумал.

В принципе к морю можно особо не торопиться, время у нас есть. Вот только доложить бы нужно.

– Вперед.

Щемящее чувство скрытой опасности, всегда приводящее меня в особое, предбоевое напряжение, лишь отчасти уравновешивалось присутствием двух напарников, идущих рядом. В сердце кольнул круговой полет над каньоном бело-черного грифа… Вот и еще один. Уже трое! Снять, что ли?

Спустились быстро – тут невысоко, – по камням перебрались на тот берег.

Стоящий почти прямо под склоном, Объект действительно поражал воображение.

Это была огромная каменная Баба. «Старая» – категорически не подходящее для нее слово. Древнейшая она, так мне дилетантски показалось. В кабак не пригласишь.

– Камеры, вы снимаете, я держу.

Сомов, конечно, силен. В такие моменты он не просто собран – мобилизован до предела – и на секунду никому не даст расслабиться.

Цельный камень? Высота фигуры – метров восемь, не меньше. Аналога я привести не могу: ни разу не археолог и не историк. Что-то среднее между сидящими статуэтками тибетцев и статуями острова Пасхи. Внизу на плоской поверхности угадывались какие-то иероглифы или руны.

– Кто-нибудь узнает? – без особой надежды спросил я.

«А в ответ – тишина».

– Хм… А дорогу кто-нибудь видит?

Мужики реально встрепенулись. Ну а что вы, бойцы, в таких местах не только по сторонам смотреть надо…

От места расположения найденной статуи выложенная знакомыми плитами тропа доходила до крошечного круглого озерца метров двадцать в диаметре и, огибая его, уходила к востоку, заворачивая за скалу.

– Иду первым, держите сектора, дистанция двадцать, – отстранил меня Гоблин и, не дожидаясь ответа, перекинул ПКМ поудобнее.

На корточках заглянув за поворот, Сомов молчал недолго. Вернувшись к нам, он быстро спросил меня глазами – как тут, мол, – и, получив ответ, спокойно предложил:

– Пошли смотреть. С нашатырем.

За поворотом стоял храм. Или крепость – определить сразу невозможно.

Еще точнее, развалины сооружения, построенного некогда из тяжелых крупных блоков. Такие показывают в научно-популярных фильмах – найденные в джунглях реликтовые остатки былых городов. Здесь можно ждать чего угодно. Диких обезьян, свирепых туземцев, злых духов и целые взводы бойцов Нечистой Силы. И поверишь тут во что угодно.

– Что замерли! Оба в «ночники»!

Такое ушибает, без байды.

– Вот это… незабудуматьродную! Это сила, – не вытерпел и Гоблин.