За те дни, что я просидела дома, я почти ничего не ела, чем сильно испугала родителей, но худее все равно не стала. И я смирилась с мыслью, что никогда не стану такой, как она – стройной, голубоглазой, светловолосой. Ну, что ж, зато я была умнее и лучше училась. К тому же, она мне никогда не нравилась: в ней было что-то неприятное. Поэтому меня нисколечко не волновало, что она обо мне думает.
Другое дело Рома. Этот мальчик был самым умным, самым красивым, и он очень мне нравился. Больше всего я боялась встретиться с ним взглядом. Мне казалось, что я умру на месте, как только он с насмешкой на меня посмотрит.
Умереть мне не пришлось – Ромы в классе не было. Надя рассказала мне, что на следующий после похода день Леха набил ему морду, и их обоих вместе с родителями вызвали к директору. Не знаю, что дядя Петя сделал с Лехой. Я никогда не спрашивала. А родители Ромы забрали документы и перевели своего сына в другую школу. Больше мы не встречались.
Через год Вероника перешла в школу с углубленным изучением английского языка. А еще через год родители Нади уехали в другой город и забрали мою единственную подругу.
Стену в раздевалке давным-давно заштукатурили и снова покрасили. Надпись исчезла. Со стены, но не из моей памяти. Я продолжала жить с этим воспоминанием.
После отъезда Нади я больше ни с кем не дружила. Нет, я принимала участие в жизни класса и выполняла общественные поручения, если мне их давали. Но сама никогда не проявляла инициативы и старалась держаться в стороне.
Я всегда хорошо училась, а после отъезда Нади и вовсе стала круглой отличницей. Это была моя защита и своеобразный реванш.
Со временем, когда я стала взрослеть, и в организме начались всякие гормональные изменения, мой вес сам собой пришел в норму. Я не была ни толстой, ни худой. Я была обыкновенной. Но в душе я продолжала жить с ощущением своей второсортности и знала, что никогда никому не понравлюсь.
Поэтому я была просто потрясена, когда самый видный парень на нашем курсе вдруг проявил ко мне интерес. Ведь он мог выбрать любую, самую красивую, а выбрал меня! Мне казалось, что это какая-то ошибка, и он скоро поймет, насколько я ему не подхожу. Я постоянно помнила о неизбежной катастрофе, и она, в конце концов, произошла. И я сама была в этом виновата. Разве можно любить женщину, которая сама себя не любит.
Боже мой, какой я была глупой! Ведь совершенно не важно, толстая ты или худая, и какие у тебя руки или ноги. Главное, что они у тебя есть! Что ты можешь ходить и дышать, и радоваться жизни. Спасибо тебе, Господи, что я наконец-то поняла это.
Ведь это так просто! Ты будешь тем, кем себя считаешь.
…
Послезавтра на работу. А завтра возвращается Леха.
Я понятия не имела, что скажу ему при встрече. И даже не думала об этом. Все будет так, как должно быть.






