ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Война окончена. Узурпатор мёртв. Многие годы в Империи бушевала гражданская война, которая закончилась штурмом столицы и свержением кровавого диктатора, коварством и хитростью захватившего власть в ог... Империя Григорий Сергеевич Павленко Глава 1 426 год от основания Империи Соладар — Алда! — крик разорвал тишину императорских покоев, — Алда, где ты?! — Элхарт, проснувшись и не найдя рядом своей супруги, пытался звать её, но та не отвечала. Несколько минут он метался между сном и явью, между прошлым и будущим. Несколько минут он пытался разглядеть во тьме покоев лицо жены. И лишь когда он пришёл в себя, Элхарт услышал в голове голос Балора: — Она умерла, Эл. Ты должен смириться. И вновь безжалостная память показывала ему белое, как снег, лицо Алды, которое укрывает саваном Корус. Элхарт пытался остановить старого генерала. Приказывал ему, просил, умолял, чтобы тот оставил его жену в покое. Он не понимал, что именно в тот день она обрела настоящий покой. Вечный покой. Но Элхарт навсегда его лишился. И сейчас, сидя в их навсегда опустевшей кровати, одинокий император прошептал те же слова, что говорил ему Балор в тот день: — Она умерла. Алды не стало, и он должен был с этим смириться, но, Господи, как же это было тяжело сделать! Каждый раз после пробуждения он тянул руку на пустую часть кровати, в надежде, что она будет спать рядом с ним. Работая в своём кабинете, Элхарт всегда ждал, что вот-вот тяжёлые двери распахнутся, и в них буквально впорхнёт его жена, которой неожиданно захотелось сказать, что она любит его. Каждый раз, когда он приветствовал людей в тронном зале, то поминутно оглядывался влево, туда, где стоял трон императрицы. Её взгляд всегда удерживал его от ошибки. Но теперь трон Алды был пустым, она больше никогда не войдёт в его кабинет и не обнимет своего мужа, а проклятая супружеская кровать всегда будет холодна, как мрамор. — К чёрту все это! — проборм

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но хотя бы перед сидением в клетке он сможет хорошенько прошвырнуться по кабакам, и это, несомненно, грело солдатскую душу.

Кивнув парню, Корус развернулся и пошёл делать остальные девяносто девять дел, которые только и ждали старого генерала.

Утром следующего дня, как того и требовал Император, был собран совет, в который вошли сам правитель, несколько генералов, включая Коруса, и представитель Бакорта — провинции, которая и страдала от набегов горцев. Это был молодой мужчина, лет двадцати пяти. У него были коротко стриженные светлые волосы и небольшая бородка. А дорогие, в чём-то даже слишком уж дорогие, по мнению Элхарта, одежды давали остальным собравшимся здесь людям понять, что этот человек знает о войне лишь из сказаний менестрелей.

«И из того, что увидел здесь», — ухмыльнулся Император. Он внимательно смотрел на Тагорна, так звали этого человека, и с лёгким злорадством отметил, что тот со вчерашнего дня ходит белый, как привидение. О лагерной жизни ему, видимо, никто не рассказывал. Элхарт нисколько не жалел его, ведь он считал, что каждый из придворных вельмож хоть раз в жизни, да обязан хлебнуть солдатской каши, чтобы власть, которой они обладали, не слишком вскружила пустые головы.

— Господа, — Император оглядел всех собравшихся за большим, круглым столом, который установили в его личном шатре, — горцы разбиты, и Бакорт может спать спокойно. Можете передать лорду Логару, — Эл взглянул на Тагорна, — что его восшествие на отцовский трон будет ознаменовано столь значимым событием.

— От лица моего лорда я…

— Да-да, — прервал бакортца Корус, которому тоже не особо нравился этот человек, — все мы знаем, что ты сейчас разразишься тучей пустых слов, которые никому из нас не интересно слушать, так что будь добр, избавь меня и его Императорское величество от пустой болтовни.

Бледное лицо Тагорна слегка порозовело, это, судя по всему, свидетельствовало о вспышке то ли гнева, то ли стыда. Но он не осмелился вступать в перепалку с командующим имперскими легионами, да ещё и на глазах Элхарта.

— Корус, — правитель посмотрел на друга с притворным осуждением, но в глазах его блеснуло веселье. Он был благодарен ему за избавление от льстивых и пустых речей, которыми в последние годы осыпал Императора буквально каждый встречный. Это все жутко утомляло.

— Ладно-ладно, — генерал махнул рукой, — вернёмся к делам. Ты ведь не для того собрал нас здесь, чтобы говорить об очевидных вещах?

— Нет, не для этого. Я собрал вас здесь затем, чтобы решить, что нам делать с оставшимися варварами, — Император вновь оглядел своих генералов и посланца Бакорта, — целый клан остался в горных убежищах, и оттуда мы их выкурить вряд ли сможем. А если это и удастся, то потери будут чудовищными. Буду рад выслушать ваши предложения.