ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В одной известной сказке Русалочка полюбила принца, спасла его из воды, чуть не погибнув сама, а он, негодяй, даже не сказав ей «спасибо», ушел к другой... Одна большая оригиналка по имени Адель, к... Русалочка Тори Андерсен 1 — Итак! — Адель обвела торжественным взором двух подруг. — На повестке дня стоит вопрос… — Когда наша любимая Адель найдет себе достойную пару и начнет вести себя прилично, — закончила за нее Натали, сосредоточенно наморщив нос перед зеркалом. — Это точно! — подтвердила Шерри, прихлебывая вино и вставая с кресла. — Давайте быстрее. Смотрите, какая прелесть пропадает. Все непроизвольно обернулись к окну. Уже давно стоял солнечный вечер, окна гостиной на первом этаже были распахнуты настежь, двери на веранду — тоже. Через них с улицы лилась умиротворяющая тишина, она весь день царила в доме, заставляя Адель беспричинно улыбаться и в блаженстве прикрывать глаза. Негромкий перезвон птичьих голосов, шелест цикад в траве — и больше ни звука. После Нью-Йорка это казалось настолько непривычным, что оглушало. Если посмотреть в сторону заката, сквозь тонкие юные сосны, то можно было увидеть озеро и солнце, падающее за край его зеркальной глади. Там, отступая от каменистого берега далеко в воду, их ждала просторная деревянная площадка, футбольное поле на плаву — как еще утром окрестила ее Шерри, — с лавочками, шезлонгами и деревянным столиком. На этой площадке они провели весь день, туда они стремились и сейчас, после ужина, хотя уже битый час не могли собраться. Собственно, и собираться-то было нечего, стоило лишь захватить бутылку вина, три фужера, коробку фруктов в шоколаде и три тоненькие подушечки, чтобы мягче смотреть на жизнь… Адель отвернулась от окна. — А вообще продолжайте. Я уже привыкла. Как только мы собираемся вместе, вы сразу начинаете меня воспитывать. — Это все потому, что ты не воспитываешься. И позоришь нашу… — А ты, можно подумать, не з

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Их одежда пропиталась литрами воды, но это не имело значения, они, не прекращая поцелуя, снимали друг с друга все, что на них было надето.

И, уже отключаясь и погружаясь в такую же искрящуюся негу, как тогда, в маленьком домике на берегу озера, Адель услышала его шепот:

— И первое, что я хотел тебе сказать, чтобы потом не возникало недомолвок… Ты не могла бы… э-э-э… ну так, ради эксперимента, выйти за меня замуж?

— Замуж?

— Впрочем, у тебя и так нет выбора. Будем считать, что ты согласна.

Прошел год, прежде чем Эдриан и Адель Грейлинги снова поехали на озеро Сайма. Но Адель была счастлива, безмерно счастлива оказаться там же, в любимом домике вместе с любимым мужем.

И снова были прекрасные терракотовые закаты — во все небо — и вечерние разговоры на веранде, и ласковые ночи, и следовавшие за ними золотисто-зеленые утра. И были душистые сосны, и прохладная озерная вода, и загадочные сиренево-желтые лесные цветы, растущие прямо у дома. И были любовь и счастье, которые казались Адели иногда настолько абсолютными, насколько они могут быть только в сказках.

Натали за этот год тоже успела сделать многое: она наконец уволилась с работы и открыла свою мастерскую, где с удовольствием рисует то, что хочет, а не то, что заказали для рекламы. Этим летом она, как и чета Грейлингов, собиралась приехать на озеро.

Шерри только что выпустила свою книгу о мифах и легендах североевропейских стран. В книге этой, уделив сравнительно меньшее внимание многим интересным сказаниям о лесных феях, загадочных волшебниках и всемогущих духах, она почему-то подробнейшим образом остановилась на водяных русалках. Этой теме были посвящены три главы и эпилог, в котором Шерри практически переложила на другой вариант известную сказку об отважной Русалочке, спасшей любимого принца. В трактовке Шерри эта сказка почему-то имеет счастливый конец.

Впрочем, легенды — это всего лишь художественное воплощение истории и людских фантазий. И каждый имеет право привносить в традиционный сюжет что-то свое.

Но самым загадочным персонажем реальной истории стала сумка с вещами Адель. Она не вернулась ни в Хельсинки, ни в Нью-Йорк, куда позже была переведена доставка. Этим вещам и ее хозяйке суждено было встретиться лишь следующим летом, опять же в Финляндии. Оказалось, что сумка все это время пролежала «арестованной» в аэропорту — из-за той дурацкой выходки Адель перед полицейским, а потом про нее попусту забыли.

Когда Адель об этом узнала, то, к большому удивлению полицейского, вместо того чтобы обидеться, она принялась хохотать и зачем-то пожимать ему руку. Он не знал, почему она это делала, а Эдриан, стоявший рядом, улыбаясь кивнул головой.

— Да… Если бы тебе ее сразу вернули, мне кажется, ты не совершила бы множества важных вещей в своей жизни.

— Точно.