Высокая дверь открылась, в щель просочился слуга.
- Ваше Величество, к вам Владычица Инессы Ильма.
- Пусти. - Разрешил государь.
- Что это? - Ильма швырнула к ногам Редрина свиток. - Как это понимать?
"Началось, - подумал государь, - теперь мы будем требовать прав и поблажек".
- Упразднение права на землю. - Сказал он вслух.
- Это наша земля! - Ильма продолжала спокойней, но видно было, что владычица негодовала всё так же горячо.
- Теперь нет. Вы нарушили закон о нейтралитете, а наказание я вправе выбирать, какое пожелаю.
- Вы дали добро!
- Устно. Тем более земли находящиеся в личном владении остаются таковыми. Ваш дом будет по-прежнему вашим. Как и дома других колдунов. Впрочем, там всё написано.
- Да я уж читала. Редрин, а ты уверен?
- Как никогда. - Государь выпрямился, чуть втянул живот, на который давил ремень новых штанов.
Он сильно похудел, озадачив портных новыми заказами. Государь теперь выбирал одежду погрубее, попроще. Весь двор задумчиво взирал на эти изменения, а потом ринулся за заказами.
Редрин усмехнулся, придворные стали напоминать отряды инесских колдунов, разоруженных и подстриженных.
Всё изменилось, не только в устройстве, но внешне. И изменения Редрину нравились.
- Теперь глава магической школы Велмании Горан Вирицкий. Все вопросы решайте с ним. То же относится к Звонкому Лису.
Ильма умела держаться, как никто другой.
- А ты молодец, Ред. - Выдавила она. - Ты похож на своего отца, и на брата похож, только пожалуй, вдвое хитрее обоих.
- Спасибо. - Победной улыбки Редрин скрыть не смог. Видно было еще чему учиться у инесской ведьмы. - Мы построим новую школу, Ильма. Объединим лучшее.
- И она будет беспрекословно подчиняться тебе?
- Разумеется.
***
Раджаэль, дочь Белого Меча, из Белого Замка села на расправленную постель. Её положение в Ордене ничем не отличалось от остальных карателей, но отличались покои. Вместо маленькой комнаты с деревянным топчаном и соломенным тюфяком, просторное помещение, где хватало места для кровати, стола, шкафа с вещами и кресла. Белые чистые простыни приятно хрустели при прикосновениях, пуховое одеяло было легким и свежим, наброшенная сверху волчья шкура серебрилась в свете луны.
Девушка поправила воротничок халата, поглядела в окно, выгодно выходящее на юго-восток, отчего комната по утрам наполнялась ласковым светом. Нет, она не была дочерью Белого Меча, гораздо более она была дочерью главы ордена. А это разные вещи.
Раджаэль залезла под одеяло, чуть сжалась от прохлады, поежилась, нагревая место, и блаженно прикрыла глаза.
Она вернулась домой.
В дверь заскреблись, когда Раджаэль мечтала о завтрашнем дне, она планировала провести его на реке, бурной от весенних вод, звонкой из-за серебристых льдинок, ледяной. Всегда ледяной.
- Не заперто!
- Можно?
- Ты уже вошла.
- Могу выйти.






