Охотники, возвратившиеся ни с чем, говорили, что не найдется на свете человека, который смог бы догнать эту красавицу. Рассказывали, что эта быстроногая посланница богини-охотницы Артемиды была необычайно красивым животным. Ее рога отливали настоящим золотом, а тонкие ноги — блестящей медью. Прекрасная лань, не зная усталости, словно рожденный на вершине гор ветер, носилась по горам и долинам Аркадии, и никому не удавалось поймать это свободолюбивое быстрое животное.
Захотелось Эврисфею иметь чучело этой красивой воспитанницы Артемиды среди своих трофеев. Также понимал подлый Эврисфей, что могучий Геракл не силен в беге, поэтому у него вряд ли получится догнать и поймать лань, да еще и привести ее живой под стены Аргоса. Уже заранее радуясь гибели своего слуги, завистливый царь твердо решил отправить Геракла за этой золоторогой ланью. Едва герой вернулся из Стимфалы, Эврисфей велел передать ему свое новое приказание.
Копрей встретил Геракла у городских ворот Аргоса, ведь Эврисфей не позволил герою даже войти в город.
— Великий царь подготовил для тебя новое задание — ступай в Керинейские горы Аркадии и излови для него медноногую лань, любимицу Артемиды, — важно проговорил посланник.
— Но я только вернулся с успехом, мне нужно набраться сил… — начал было Геракл.
— Царь ничего не хочет знать! — отрезал Копрей. — Отправляйся сейчас же.
Уставший Геракл не посмел ослушаться своего повелителя. Сбросил Геракл медные тушки поверженных Стимфалийских птиц прямо под ноги Копрею, и устало побрел по пыльной дороге туда, откуда только что пришел.
«Эврисфей даже не соизволил посмотреть на результат исполнения его воли! — с грустью думал про себя Геракл. — Похоже, царю просто нравится посылать меня на все более сложные подвиги».
Геракл знал, что у лани с Керинейских гор сильные медные ноги, что ее отличает сообразительность и осторожность. Знал он, что лань принадлежала Артемиде, и что та никому не позволяла прикасаться к своим любимым животным. Понимал Геракл, что просто так ему лань не догнать, поэтому решил он устроить себе тренировку.
Поэтому Геракл принял решение — отправиться в родные Фивы, чтобы как следует подготовиться к охоте. Рад был Амфитрион возвращению сына в отчий дом, а счастье Алкмены невозможно описать. Однако Геракл сразу же приступил к тренировкам. Каждое утро, как только солнце пронизывало горизонт своими лучами, Иолай садился на самого быстрого коня, и заставлял его во всю прыть скакать по долине. Геракл же бежал рядом с конем, крепко держась за его черную гриву. В первый день тренировок он смог так пробежать с конем только один час, во второй день — два часа. Уже очень скоро Геракл смог, не ощущая усталости, голода и жажды, бежать с конем целый день, не останавливаясь ни на минуту.






