ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сын Зевса и Геры, герой многочисленных мифов и легенд. С самого его рождения его жизнь была тесно связана с Олимпом, его преследовали любовь и ревность богов. Ночь, которую великий громовержец пров... Геракл Марина Степанова Глава 1. Герой, рожденный в страсти — «Она должна стать моей!», — эта мысль полностью овладела Зевсом — царя всех богов, громовержца и правителя Олимпа. Еще совсем недавно Зевс даже и не думал о любви, всецело занимаясь своими небесными делами. К тому же, Гера, его жена-богиня, успокоилась, и в их отношениях наметилась светлая полоса. Но, увидев прекрасную деву, облаченную в пурпурные одежды, стоящую в лучах закатного солнца, Зевс потерял голову. Ее прекрасное лицо с огромными черными глазами лани, прямой профиль, корона густых волос цвета расплавленного золота — все это пленило Зевса, истинного почитателя женской красоты. Он не мог отвести глаз от лица прекрасной незнакомки. Вернувшись на Олимп, Зевс тут же вызвал ловкого Гермеса и отправил его в Фивы — побольше узнать о прекрасной незнакомке. Гермес, облаченный в гиматий и обычную для него широкополую шляпу, со своим крылатым жезлом, без которого он не появлялся ни перед богами, ни перед смертными, вернулся на следующий день. Зевс, восседая на своем золотом троне, с трудом скрывал свое нетерпение. — Ну же, друг мой Гермес, что ты узнал о ней? — без церемоний начал спрашивать Зевс. — Зевс, правитель мой, я провел весь день в Микенах — родине прекрасной Алкмены, которая пленила твое сердце… — В Микенах? — вскричал Зевс. — Я отправлял тебя в Фивы! — Да, правитель, я был и в Фивах, — примирительно продолжил Гермес, привыкший к вспышкам гнева у своего отца. — Но узнав, что именно в Микенах родилась и выросла Алкмена, я отправился туда. Так вот, эта Алкмена — старшая дочь царя Электриона, который был добрым правителем Микен. Алкмена росла в тиши микенских садов, охраняемая тремя братьями-лучниками. Од

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

По просьбе мужа она подносила ему воду в золотом кубке, но Адмет уже не мог пить, теряя сознание. Вода, орошая бороду царя, растекалась по подушкам. Руки Алкестиды дрожали от горя.

Все врачи Фессалии побывали в Ферах, но никто ничего не мог сказать. И только один древний старец сказал Алкестиде:

— Врачи не помогут, Алкестида! Бог смерти, неумолимый Танатос уже положил свою тяжелую ладонь на лоб твоего супруга. И никто из смертных не способен отвести эту руку. Помочь тебе может только могучий сын Зевса — Аполлон. Когда-то очень давно он обиделся на Зевса из-за смерти сына своего, искусного Асклепия. В ответ на это Аполлон уничтожил киклопов — кузнецов Зевса. В наказание же Громовержец отправил сына на один год на землю, служить рабом. И попал Аполлон в ваш дом, Алкестида. Не удивляйся, добрая царица! Целый год славный бог жил у вас в доме. Он подружился со всеми домочадцами, и особенно с тобой, Алкестида. Помнишь ли ты молодого слугу, Атимния, который еще недавно верно служил вам, а потом куда-то пропал?

Пораженная Алкестида молчала. Этого не могло быть — всемогущий бог под ее крышей!

Она поспешила в храм Аполлона. Там Алкестида упала на колени перед каменным изваянием лучезарного бога.

— О, могущественный Аполлон! — с мольбой в голосе воскликнула женщина. — Помоги мне! Мой любимый муж умирает, но без него и мне жизни не надо. Аполлон, возле ложа Адмета стоят его дети, его старые родители и близкие друзья, они рыдают и протягивают к тебе руки, моля о спасении Адмета. Помоги им! Отведи от мужа моего тяжелую руку страшного Танатоса!

Послышался шорох, легкий как дуновение ветра. Колыхнулся огонь в зажженном очаге, и статуя заговорила голосом человека:

— Я услышал твои мольбы, дорогая Алкестида! — обратился к ней бог. — Послушай меня внимательно! Когда я жил у вас в доме рабом, то подружился с тобой и лежит к тебе мое сердце. Узнал я, что мойры уже закончили свои заботы о нити жизни Адмета, и даже готовы перерезать ее. Но мне удалось получить у них поблажку. Я не могу отвести руку безжалостного Танатоса от лба мужа твоего. Это неумолимая рука, если уж она простерлась, то уже не откажется от жертвы. Единственный способ оставить в живых Адмета — найти того, кто согласиться умереть вместо него!

Мимо лба Алкестиды пронесся легкий ветерок — и снова наступила звенящая тишина. С затуманенными от горя глазами брела царица домой. Там она рассказала о предсказании Аполлона, а в глазах ее каждый мог прочесть: «Всем вам мой муж делал добро, и молодым, и старым. Неужели не найдется никого, кто спасет его?..».

Но все, кто находились в зале, или отворачивались от вопрошающего взгляда Алкестиды, либо опускали глаза. Никто не желал жертвовать своей жизнью.

— Неужели Адмет умрет? — воскликнула Алкестида.