Любой человек стремится быть удовлетворенным – сытым, любимым и самодостаточным. Мы даем пришедшему к нам все это, и его долги отходят на второй план, забываются и улетучиваются. Мы работаем коммуной там, где никто не берется, и получаем за это настоящие деньги и привилегии, о которых остальные могут только мечтать. Смотри, у нас чистый воздух, из кранов течет вода, и стены обшиты деревом! Ты где-нибудь еще видел такое?
– Если честно, нет, даже в государственных учреждениях повсюду песок. Так что, вы хотите сказать, что государство знает о вас? Откуда же такие деньги, и почему тогда везде на афишах вас разыскивают и грозятся убить?
– Тут все гораздо проще, чем ты думаешь. Мы нужны государству как антипод, как что-то неправильное и плохое, как враги. Иначе обществу не с кем будет бороться, и люди начнут задумываться, что вокруг них что-то не так. Они по уши в долгах, и какой десяток лет ничего не происходит. Для этого нужны мы – мы изредка мелко пакостим и что-то ломаем. Иногда устраиваем небольшие фейерверки, акции. Рушим здания, в которых никого нет, а те самые газеты, что ты разносишь, и телевизоры, что вы так усердно покупаете в кредит, раздувают все до уровня катастрофы. Народ, сплотившись против общей угрозы, еще плотнее сожмется в кресле. Ведь кто их будет защищать от таких подонков как мы, как не государство, не полиция, не армия? Мы элемент системы – необходимый элемент, без нас части мозаики не сойдутся воедино, не будут крепко держаться, как склеенные эпоксидкой. А самое главное… Главное для всех нас, и может стать главным и для тебя – мы никому ничего не должны. Посмотри: мы наслаждаемся жизнью в круговороте этого дерьма, и всех это устраивает.
С этими словами он поднес трубку от непонятного аппарата ко рту и вдохнул в себя сизый дым, на секунду став зыбким, будто в тумане и протянул ее Арсению:
– Не хочешь попробовать? – великолепная штука, на секунду даже забываешь, что ты есть.
Мальчик взял трубку, не в силах сопротивляться этому харизматичному человеку, и что есть силы, вдохнул. Секунду все его тело противилось этому инородному веществу, но потом Арсений ощутил вкус, и тот увлек в пучину сладострастия. Тело будто бы «зарябило» под натиском нереальности такого блаженства, и разносчик газет непроизвольно улыбнулся. Потом он выдохнул этот чудесный дым, и тот заволок его непроглядной пеленой, через которую проступали чудные видения, но потом все развеялось. Арсению захотелось еще, захотелось ощущать это всегда, сколько было возможно, но Лука с легкостью гимнаста выхватил трубку и поднес ко рту. Тут же его тело «зарябило» – сейчас мальчику стало это особенно заметно. Это было похоже на помехи на телеэкране, или же на плохо записанную видеокассету, но от этого становилось жутко.






