ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Меня зовут Арсений, и похоже, я заплутал. Еще недавно у меня была престижная работа и положение в обществе, но мне было все мало… За сменяющейся чередой серых дней я все же нашел то, к чему так стр... Путь Владимир Волев Глава 1. Несколько слов прежде… Вынужден вам признаться, что это вовсе не начало истории, но и не ее конец. Наше Путешествие начинается откуда-то с середины, это там, где утро только забрезжило на горизонте. В тот день, как это заведено во всех достоверных историях, шел дождь. Хотя тут я немного ввел вас в заблуждение, ведь дождь к тому времени уже закончился, и в воздухе висела необыкновенная освежающая прохлада, зовущая за собой. Если хорошенько присмотреться к крыше обычного в этих местах здания, то можно заметить еле различимые башенки воздуховода. А если в этот день вам посчастливилось захватить с собой бинокль, то, всмотревшись в черную гладь, можно было заметить на одной из таких башенок человека. Он сидел неподвижно, и взгляд его был прикован к горизонту. Волосы мерно колыхались под порывами ветра, и, взглянув на него в первый раз, невозможно было сказать, что он чем-то отличается от всех остальных. Правда, было нечто неуловимое в его уверенной позе с подогнутой под себя ногой, в этих затертых до дыр джинсах и задумчивом взоре, устремленном к небу, что приковывало внимание и заставляло рассказывать именно о нем, а не о ком-то другом. Похоже, на то были причины… К слову сказать, ему очень нравилась эта освежающая прохлада. Вообще тот момент, когда дождь заканчивался, и будто бы рождался другой мир, вызывал у него детский восторг. Казалось, что этот мир был лучше и, несомненно, чище прежнего. Вдыхая полную грудь воздуха, пропитанного озоном и влагой, он чувствовал, как дрожь прокатывается по всему телу. В такие моменты особенно приятно думать, что если у природы выходит сотворить такое чудо за одно мгновенье, то может получиться у каждого. На ли

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Подумав об этом, Арсений вспомнил, что было в прошлый раз, когда он чуть не умер в другом мире, и стал досконально изучать стены.

Вскоре его усилия принесли свои плоды и он нашел недостающий кусочек на стыке стены и потолка, присмотревшись, можно было заметить, что этого кусочка попросту не существует, за его пределами зияла бесконечная дыра, от которой захватывало дух.

Вглядываясь в эту пустоту, Арсений чуть было не пропустил момент, когда другой кусок, неподалеку от первого, не отвалился и не рассыпался в пыль, ударившись об пол. Вот это уже было действительно странно. В прошлый раз, конечно, кусочков реальности может и не хватало, но теперь они попросту отваливались от стен и разбивались о доски пола. Присмотревшись, Арсений заметил, что это происходит повсеместно и с каждой секундой их становилось все больше и больше. Стало действительно страшно.

Арсений посмотрел на хорька, которого недавно принял за Бо, но это точно был другой зверь, и теперь как и прежде он попросту бегал но клетке кругами, как не слишком живая декорация. В смятении Путешественник выбежал в комнату и краем глаза заметил, что на портрете произошли некоторые изменения, неприметные с первого взгляда. Теперь китаец держал в руке свиток и внимательно в него вглядывался смотрел, но стоило повернуть голову и присмотреться, как портрет поменял положение и искоса взглянув в глаза Путешественника, указал пальцем на стол.

На столе горела лампа, и действительно лежал свиток, так похожий на тот, что в свое время Арсений изучал в Срединном мире. Символы на нем были начертаны китайскими иероглифами, так что прочесть их не представлялось возможным.

– Ну и что мне с этим делать? – сгоряча крикнул наш герой и обернулся.

Учитель на портрете пристально изучал манускрипт, но когда Арсений попытался приглядеться, то китаец с недоумением и даже слегка паникуя, смотрел вверх. Подняв глаза, Путешественник увидел, чему тот так удивлялся, но испытал другое чувство – страх.

Первобытный страх, который испытывал человек на заре времен, когда на него накатывала ночь. Страх сковал его и не давал оторвать взгляд от участка стены, который медленно оторвался из-под потолка и с тихим шелестом полетел вниз, а потом со всего маху разлетелся в пыль. За этим полуметровым куском зияла непроглядная тьма. Арсений оцепенел, его реальность разваливалась и теперь ничего уже было не поделать.

В надежде на чудо, он взглянул на портрет, на котором теперь был изображен разъяренный китаец, замахнувшийся палкой, но когда Арсений чуть двинул головой, то тот опять пристально изучал свиток.