Франческо, тебе персональное задание — заваривать травяной сбор дважды в день, чайная ложка на полстакана.
Капитан выразительно потряс пакетом и положил его на стол рядом с мазью, а затем направился к выходу. Парочка последовала за ним. Роберто недоумевал, чего это брат так злится, и размышлял о том, как бы его привести в хорошее настроение. Неожиданно его осенило.
— Ченцо, — радостно воскликнул он. — Я неделю назад видел Лауру. Она еще похорошела. Когда, кстати, она к тебе приезжает?
— Никогда, — глухо ответил брат. — Лаура вышла замуж в это воскресенье.
Санторо-младший хотел было сказать еще что-то, но, покосившись на закаменевшее лицо брата, решил все свои мысли оставить при себе. Не на совсем, конечно, но хотя бы до того момента, когда они с Франческо, нагруженные свертками с постельными принадлежностями, возвращались назад.
— В ситуации с разрывом помолвки Винченцо я лично вижу один очень приятный для себя момент, — заявил он. — Теперь жениться на этой ненормальной Сангинетти придется ему.
— Твои родители могут не согласиться, — возразила Франческа, которой вдруг пришло в голову, что младший брат несомненно лучше старшего, и, наверно, не нужно его все-таки убивать. Он же неповинен в смерти Беннардо и, вообще, едой с ней делился. Так что решила она ограничить свою месть старшим. — А чего ты так боишься этого брака? Мужчинам не к лицу пугаться трудностей.
— Чино, вот ты меня в роли тюремщика представляешь?
— Нет, — честно ответила девушка.
— Так вот, предполагалось запереть ее в отдаленном замке, пока она не проникнется любовью к новой семье. Вот скажи, ты бы полюбил того, кто тебя запер?
— Нет.
— Вот и я о том же. Это значит, мне всю жизнь держать ее взаперти придется и смотреть, как бы не получить удар кинжалом в спину. Нет уж, мне такое счастье без надобности. Пусть ищут другие способы примирения.
— А почему непременно в спину? — обиженно сказала Франческа.
— Так если братец ее со спины напал, то, думаешь, она не такая же подлая?
— А с чего ты взял, что он со спины напал? — зло сказала девушка.
— Так брат же сказал.
— А он что, соврать не может?
— Да Винченцо за всю свою жизнь слова лживого не сказал! — теперь возмутился парень. — Да я вообще не знаю другого такого честного человека! Сказал, что со спины напал, значит, так оно все и было. Да и вообще ядом клинок только последний подлец смазывать может.
— А что, там был яд? — это оказалось для Франчески новостью.
— Ты же видел его щеку. До сих пор залечить не могут.
— Чтобы лекари не могли какой-то яд вывести?
— Так этот придурок учился в магическом университете, второй курс всего, но ему хватило, чтобы ввести магическую составляющую на собственной крови. Вот лекари сейчас руками и разводят. Лечить, говорят, будем долго, а результат не гарантируем.






