ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Три дня праздников на космическом лайнере-отеле. Лора ожидала от этих праздников многого, но никак не того, что бывает, как она думала, лишь в приключенческих романах... Мотылёк Джиллиан Часть первая 1 Космический лайнер летел в холоде безграничного пространства, бережно защищая тех, кто доверился ему - и легко и безмятежно проводил своё время на его борту. Чрево его походило на небольшой курортный городок или на богатый отель со всеми его особенностями, вплоть до бального зала, в котором основную, но незаметную роль играли распорядители отдыха - естественно, для тех, кто смог себе позволить билет на этот лайнер... Трое суток беззаботной светской жизни в глубоком космосе - не для всех по карману. ... Тривиальная блондинка... Лора смотрела в зеркало, осторожно натягивая на руки тончайшие бирюзовые перчатки, а камеристка, стоящая сзади, лёгкими движениями расправляла и вытягивала её короткие после завивки локоны, придавая им шарм небрежно разбросанных по плечам - модная причёска нынешнего сезона. Кожа обнажённых плеч, шеи и декольте, слегка припудренная, выглядела идеально бархатной. Цвета морской волны, приталенное, платье ниже колена состояло из "небрежно сшитых лоскутков", разлетающихся при движении, и замечательно обрисовывало идеальную же фигурку. Туфельки на тонком каблучке - расчёт на танцы. Пара колец на пальцах, тонкий браслет на кисти, изящное колье, подчёркивающее тонкие плечи, - всё в меру и рассыпает мельчайшие искры под искусственным светом... Мимолётно думая о бале, Лора пристально вглядывалась в отражение. Ну, что ж... Тонкое лицо, тёмные брови вразлёт; большие светло-серые глаза; небольшой носик, слегка вздёрнутый; прелестный, нежно очерченный рот и покой всех черт лица - идеальная кукла. Пусть... так думают. Она и не возражает. Прятаться легче. Так легче держать себя, а умение держать себя в свете много значит. - Лора! - окликнул её муж, в соседней ком

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Плоские лица, будто с раздавленными сверху глазами и узким длинным ртом, надвинулись, быстро смещаясь: то одно заглядывало с холодным любопытством палача, то другое выезжало из-за плеча первого и постепенно заменяло его в этом странном оглядывании; потом появился длинный коридор, запруженный лежащими телами - в крови, беспорядочно раскинув руки; а среди них - сидящие на корточках фигуры, которые разглядывают на своих ладонях кучки тускло блестящих камешков... И исхудалое лицо Эмиля, который равнодушно смотрит в потолок, потому что знает: он никому не нужен - и готов умереть из-за этого... И хочется плакать от ужаса, но нельзя. Лучше зажмуриться, чтобы образы, наплывающие толпой, перестали быть такими многочисленными и угрожающими. Лучше пусть полыхнут искры на чёрном под закрытыми веками, только бы забыть о том, что заставляет быть в напряжении...

Порывом ветра, бушующего среди холодного ливня, мотылька швырнуло, намертво влепило в оконное стекло. Куда пропал тот блистательный мир светлых, просторных бальных залов, где мотылёк недавно порхал легко и безмятежно? Холодно, до внутреннего леденящего мороза...

Снова и снова с закрытыми глазами Лора вглядывалась в тёмный поток страшных видений и чувствовала, что замерзает - чем дальше, тем сильней. И уже не помогает старание сильней скорчиться, чтобы ощутить собственное тепло... На кого опереться в новой жизни, которая началась с того момента, когда Эмиль открыл дверь и его чуть не убили и-морги?

Такого человека рядом нет.

От осознания этой мысли Лора с трудом сдержала дрожь. Холодно... Боже, как холодно...

И вся жизнь теперь представлялась тёмным переулком на городской окраине. Она никогда не бывала в таких, но по книгам и фильмам представляла очень живо. Узкий, зловонный, с поблёскивающими в мутном свете издалека грязными лужами, сдавленный между высотными домами. И с обеих сторон выходов из него - неясные, неразличимые фигуры. То ли бандиты из людей, то ли и-морги, при одном упоминании вызывающие судорожную дрожь. И она - в одиночестве между ними...

- ... Иди. Теперь я посижу с нею... - сказал неподалёку спокойный низкий голос, от которого всё тело пронизало волной нервных мурашек.

Лора затаилась.

Место, где она лежала, вдруг шевельнулось и мягко выпрямилось - оказывается, рядом с нею кто-то сидел. Шаги - уходящие. Ощущение замкнувшегося пространства - закрыли дверь.

Снова прогнулся край её ложа под тяжёлым телом.

Теперь, приведённая в сознание голосами и движением рядом, Лора более отчётливо ощущала, что лежит на чём-то мягком и кожаном, покрытом явно тонким, но плотным покрывалом, в то время как её саму укрыли тяжёлым и шерстяным, которое - увы - так и не согрело её. С закрытыми же глазами она, напряжённая, вслушивалась в того, кто сел рядом, и прозревала.