ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Три дня праздников на космическом лайнере-отеле. Лора ожидала от этих праздников многого, но никак не того, что бывает, как она думала, лишь в приключенческих романах... Мотылёк Джиллиан Часть первая 1 Космический лайнер летел в холоде безграничного пространства, бережно защищая тех, кто доверился ему - и легко и безмятежно проводил своё время на его борту. Чрево его походило на небольшой курортный городок или на богатый отель со всеми его особенностями, вплоть до бального зала, в котором основную, но незаметную роль играли распорядители отдыха - естественно, для тех, кто смог себе позволить билет на этот лайнер... Трое суток беззаботной светской жизни в глубоком космосе - не для всех по карману. ... Тривиальная блондинка... Лора смотрела в зеркало, осторожно натягивая на руки тончайшие бирюзовые перчатки, а камеристка, стоящая сзади, лёгкими движениями расправляла и вытягивала её короткие после завивки локоны, придавая им шарм небрежно разбросанных по плечам - модная причёска нынешнего сезона. Кожа обнажённых плеч, шеи и декольте, слегка припудренная, выглядела идеально бархатной. Цвета морской волны, приталенное, платье ниже колена состояло из "небрежно сшитых лоскутков", разлетающихся при движении, и замечательно обрисовывало идеальную же фигурку. Туфельки на тонком каблучке - расчёт на танцы. Пара колец на пальцах, тонкий браслет на кисти, изящное колье, подчёркивающее тонкие плечи, - всё в меру и рассыпает мельчайшие искры под искусственным светом... Мимолётно думая о бале, Лора пристально вглядывалась в отражение. Ну, что ж... Тонкое лицо, тёмные брови вразлёт; большие светло-серые глаза; небольшой носик, слегка вздёрнутый; прелестный, нежно очерченный рот и покой всех черт лица - идеальная кукла. Пусть... так думают. Она и не возражает. Прятаться легче. Так легче держать себя, а умение держать себя в свете много значит. - Лора! - окликнул её муж, в соседней ком

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он смотрел на неё как-то непривычно - нахмурившись, будто чего-то не понимал. И его рот... Она снова сосредоточилась на его рте, она изучала его необычный рисунок: верхняя губа была небольшой в сравнении с тяжёлой нижней, которая слегка выпячивалась - и это был хороший признак, что он самолюбив, как она прочитала когда-то. И ей так захотелось дотронуться до этого рта, подтверждающего недавнюю мысль о крепкой опоре. И - испугалась. А вдруг ему не захочется? Ведь однажды она пыталась сказать ему, что навсегда останется с мужем. Он, наверное, помнит об этом. Но его рот...

- Эрик, - шёпотом сказала она.

Он сидел боком - лицом к ней. Едва только она откинула покрывало и шевельнула плечами подняться со своего ложа, как он нагнулся к ней помочь. Ликующая Лора схватилась за его плечи. Теперь она получит свою добычу! Только вот добыча резко обернулась охотником. Жёсткая ладонь поддержала её затылок, другая быстро сунулась под её спину и легла на лопатки, придерживая, а желанный рот сам приник к её губам.

Ледяной покров, обливший её когда-то давным-давно и крепко сковавший на долгие годы, дал первую трещину, едва только тёплый рот Эрика прижался к её губам. Вкус виски и лёгкое эхо мужского парфюма. Целоваться она так и не научилась, поэтому смогла лишь ощущать, как каждое движение его рта заставляет её гореть и забывать о холоде. А потом он чуть отстранился, а потом нежно, чуть прикасаясь, обвёл языком её губы, еле, но жарко дыша... Его выдохом - горячим всполохом огня изнутри опалило так, что Лоре показалось: она видит блеск падающей воды, которой раньше был ледяным панцирем вокруг неё.

А потом выяснилось, что целоваться не учатся, что она умеет целовать сама - и как! Эрик, задыхаясь, стонал под её натиском, изредка прорывался прошептать, что они оба с ума сошли, а сам в ответ обнимал её так, что иногда ей казалось - у неё такие тонкие косточки, что, нажми он сильней - и они не выдержат и сломаются. Но косточки не ломались, а Лора чувствовала себя гибкой-гибкой.

А ещё ей хотелось согреться полностью, но это возможно, понимала она, лишь в одном случае: если прижаться плотно своей кожей к его, горячечной. Почему - горячечной? Несколько секунд, пока он, оглаживая её тело ладонями и губами, лепил из неё нечто по своему вкусу, снимая всё лишнее, освобождая от лишнего, она держала ладонь распяленной на его груди, ничего не понимая, только ощущая жар от этой кожи, греясь от неё, а под нею гулко и неровно грохотало что-то такое божественное, что ей, Лоре, хотелось этот грохот, отдающийся в её пальцы, слушать бесконечно.