Дети находились, будто на иголках, вот один за другим они начали доставать ножи и скрыли их в рукавах.
Подойдя к серому неприметному зданию, мы остановились. А Гнат подошел к сидящему у дверей мальчишке моего возраста и что-то сказал ему на ухо.
Мальчик утвердительно кивнул и вошел в трактир. А мы пошли к черному входу.
Оттуда показался высокий неряшливый подросток с длинными немытыми волосами и некрасивым лицом с огромными фурункулами на нем.
— О-хо-хо, Гнат! — писклявым неприятным голосом сказал парень. — Какие люди! Что-то давненько тебя не было. Неудачные деньки?
Парень противно захихикал, от чего меня прям всего перекосило.
Тут он повернул взгляд на меня и удивленно хмыкнул.
— Нелюдь! И ты здесь?! все-таки примкнул к кому-то? А я думал, ты так одиночкой и сдохнешь. Кстати, мне тут вчера одна сорока новости принесла, что нет больше Нелюдя. Был, а теперь пропал, порезался ножиком, ан нет! Стоит он передо мной тут такой красивый, значит, обманули меня?
— Ты слишком много говоришь, малыш Томми, — скучающе сказал я. И еще больше развеселил Тома.
— Хи-хи. Так ты еще и говоришь? — засмеялся парень.
«Ну-ну, смейся — смейся, — зло подумал я, — пока что».
— Мы, вообще — то, по делу пришли, — сказал я и показал монету.
Том, увидев номинал монеты, сразу же изменился в лице и, улыбнувшись, протянул руку.
— Нет-нет, — замотал я головой, пряча монету, — сначала еда, а потом деньги.
— Да ты что, оборзел, сосунок! — взвизгнул Том. — Ты мне условие ставишь?!
— Как ты мог об этом подумать, Том?! — с притворным удивлением спросил я. — Разве ты не знаешь, как серьезные люди делают дела?
— Конечно знаю! — возмутился он. Глядя на Тома, лично я понял, что он совершенно ничего не понимает, но, услышав о серьезных людях и крутых делах, сразу закивал головой, марку же нужно держать.
— Ну тогда и глупых вопросов не задавай! У серьезных людей сначала показывается товар, а уже потом за товар платятся деньги. И когда ведешь дело с серьезными людьми, ты всегда остаешься уверен в том, что товар самого высшего качества.
Том, приняв горделивую позу, кивнул. От чего я чуть не засмеялся.
— Я сейчас, — сказал он и, развернувшись, пошел в трактир.
Только за ним закрылась дверь, как ко мне подскочил Гнат и, больно схватив меня за плечо, развернул к себе.
— Ты что творишь?! — зашипел он мне в ухо. — Том единственный, кто продает нам пайку! Ты хочешь его разозлить?!
— Вот поэтому вам все так дорого и продают, — спокойно ответил я, глядя ему в глаза, и яростно закончил. — А я себя вертеть на… не позволю! С таким как он всегда нужно характер показывать, а то так и будешь всю жизнь ему переплачивать, да еще и благодетелем считать.
Дверь открылась, и Гнат медленно отпустил меня.






