Может быть, ты будешь жить в большом доме, носить шелковые одежды и есть самую вкусную еду. Может быть, жизнь станет лучше, чем раньше.
Произнося эти слова, девушка знала, что они не имели смысла. Лишь немногие рабы попадали в условия, которые описала Таммит. «Даже если тебе это удастся, каким презренным существом ты себе покажешься, если такие обычные вещи смогут примирить тебя с потерей свободы», — подумала она… Но что ещё сказать, она не знала.
Послышался стук, и в воздухе разлился свет. Таммит огляделась и увидела работорговца, стоящего в дверном проёме. Старый мужчина с темногубым изогнутым ртом выглядел странно в своей пижаме и тапочках, держа в одной руке кнут из кожи черной змеи и лампу во второй.
Она удивилась, зачем он взял на себя труд проверять свой товар в этот глухой ночной час, когда он обратился к стражникам с приказом. Потом в дверь вошел другой мужчина, и у неё перехватило дыхание.
Возможно, именно злоба, сверкнувшая в его красных глазах, и рычание, вырвавшееся между оскаленными клыками, заставило этих жалких маленьких людишек поежиться — не только тех ублюдков, что уже разбегались в ужасе по улицам Безантура, но и молодых, охранявших врата Красных Волшебников. Тсагот подумал, что, по идее, они тоже должны были его испугаться. Со своими мощными мышцами и огромным телом, покрытым багрово-черной чешуёй, он, наверное, выглядел настоящим чудовищем в глазах простых смертных. Но ни один чародей не смог бы добиться алых мантий без того, чтобы не иметь дел с дюжинами равно чуждых материальному миру созданий.
В любом случае хранители врат привыкли к виду носящих клейма или рабские ошейники демонов, дьяволов и элементалей, которые появлялись и исчезали, выполняя различные поручения. Никто из них не попытался помешать Тсаготу приблизиться к дому главы их Ордена — дому, с его зубчатыми стенами и четырьмя покрытыми черепицей шпилями по углам больше напоминавшему крепость. Это было хорошим знаком. Он смутно ощущал защиту, которая должна была уничтожить любого, кто был достаточно безрассуден, чтобы попытаться вломиться или украдкой проникнуть внутрь, и она была мощной.
Внутри здания обнаружились высокие арочные потолки, поддерживаемые рядами колонн из красного мрамора, выцветшие, осыпающиеся фрески на стенах и легкий запах серы, который оставляли за собой многие инфернальные создания. Тсагот постарался сделать вид, будто имеет полное право здесь находиться.
Никто не осмеливался задавать ему вопросы, пока он осматривался, и через некоторое время Тсагот оказался в очередном зале, где увидел что-то вроде темницы — пентаграмму, выложенную красной, белой и черной мозаикой на полу.






