Для Маргариты чтение и писание — всего лишь одна из составляющих мозаику жизни цветных плиток... Это Арсиноя боится живой жизни, боится живых людей, предпочитает живым людям описания... И даже не хочет учиться в дидаскалионе, с ней занимаются в её покоях. Арсиноя не умеет прыгать и бегать так быстро, как её старшая сестричка Маргарита. Арсиноя-Кама закрывает уши ладонями, когда Маргарита пытается пересказывать ей разговоры, подслушанные у двери в комнату Хармианы. Камамили и слышать не хочет о том, чтобы когда-нибудь, и даже и скоро, когда они обе ещё вырастут, сделаться женщиной! Камамили говорит, что никогда не будет женщиной, никогда не позволит мужской руке прикоснуться к её телу!.. Но Маргарита, видя, как противно всё это Каме, схватила её за руки, отрывая её ладони от ушей, и нарочно, издеваясь и с озорством выкрикивала прямо в её лицо, в её зажмуренные от отвращения глаза:
— А я выйду, выйду замуж! Я буду беременная, у меня будет большой живот и в нём вырастет ребёнок!..
Арсиноя вырвалась из цепких рук старшей сестры и горько расплакалась. Тогда, конечно, Маргарита тотчас рассердилась на себя, обняла Каму, просила прощения, приговаривала:
— Ты будешь жить, как тебе захочется! Ты будешь девственной жрицей Артемиды!.. — Но оставаться всю жизнь девственницей — это вдруг показалось Маргарите таким смешным; она почувствовала, что настроение озорства снова овладевает ею... Вот сейчас она снова засмеётся и станет дразнить Каму... Но Маргарита решила сдерживаться, владеть собою. Она замолчала, отстранилась от плачущей сестры и протянула руку. Кама всхлипнула громко и молча пожала протянутые пальцы... Маргарита не могла понять, почему это Кама всегда готова разреветься... Неужели хочет, чтобы её, плачущую, жалели? Как глупо! Ведь жалость унизительна! А плачущая женщина, с этими искажёнными чертами, с покрасневшей, будто воспалённой, кожей лица, да ещё с соплями под носом!.. Противно и смешно!.. Сёстры всё более отдалялись друг от друга...
* * *
Много-много лет спустя Иосиф Флавий и Дион Кассий упомянут об «Арсиноиде», рукописном своде текстов, приписываемых царевне Арсиное и якобы написанных ею в Эфесе. Овидий в третьей книге «Писем с Понта» обращается к жене:
Нет, не желаю, чтоб ты ссылку со мной разделяла!
Горько погибнуть одной, подобно несчастной царевне,
Той Арсиное, что равной Минерве считалась в Эфесе...
Отметим, что именно «равной Минерве», то есть именно богине мудрости и книжных знаний, аналогу греческой Афины. Но римская Минерва уже связана исключительно с литературным творчеством, с философией, чтением и писанием, но не с гончарным ремеслом и ткачеством, которым покровительствовала Афина...
Папирусы «Арсиноиды» открыты, описаны и изданы в 1937 году в Париже Элиасом Бикерманом.






