ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Счастливый семьянин и преуспевающий коммерсант внезапно оказывается втянут в царство кошмаров, где сон сливается с явью, сеанс у психотерапевта оборачивается визитом к самому сатане, а погружения в че... Страж Чарльз Маклин ОПАСНЫЙ РИТУАЛ Не отрицай, читатель, и ты избранник. Только вот в чем твое избранничество? Быть может, и ты, подобно Мартину Грегори, герою романа Чарлза Маклина, несешь в себе некую тайну? Вспомни о странных совпадениях, о судьбоносных событиях своей жизни. Подумай о том, чего могло бы и не быть. Или о том, что выводило тебя за рамки обыденного существования: работа – дом, дом – работа. Быть может, где-то рядом, в «параллельной реальности», по-прежнему ждет и томится твоя другая, большая жизнь? Ведь время от времени и ты вновь и вновь сталкиваешься со странным стечением обстоятельств, когда ты мог бы к ней прорваться, когда и твоя жизнь могла бы озариться священным, божественным смыслом, и когда ты почему-то раз за разом терпишь и терпишь крах... Не удивляйся. Все «нормально». Мы все давно уже изгнаны из Рая и живем в эти темные времена, в ожидании Конца Света. И мало кто из нас по-настоящему знает себя. Мы так себя и не узнали. Слепые силы, наши подавленные желания и инстинкты, по-прежнему ведут нас, но теперь, увы, другой дорогой, подталкивая к неведомым падениям и срывам, несмотря на поблескивающий пуговицами благополучия костюм. Все так – социум становится все более технологичным, функциональным и, как следствие, – безжалостным, оставляя человеческому и нас все меньше надежды. Но и назад нет дороги. Мы стремимся к комфорту, к удобствам, и это представляется нам естественным, и это не только наше человеческое право, отчасти это и цель природы – птица обустраивает гнездо, а дерево стремится к солнцу. Но мы за все должны заплатить. Заплатить своей священной свободой, своей священной независимостью, своим священным «и». Человеческое страдание, душ

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

История повторилась. Сейчас мне стало ясно полное значение того, что должно было произойти. В конце концов создалась в точности такая же ситуация, какая привела к гибели Магмеля. Точно так же, как Магнус, не осознавая, что он делает, отдал талисман старцу в пещере, я сейчас собирался передать его Сомервилю по

собственной доброй воле.

Поезд зарычал на выходе из туннеля и помчался в южном направлении уже по городу. Мы ехали в сторону 125-й улицы, последней остановки перед Центральным вокзалом, и по обеим сторонам дороги мелькали трущобы и убогие многоэтажки Гарлема. А что, если меня поджидают на перроне? Решение необходимо принять именно сейчас: уклониться ли от встречи или дать поймать себя в ловушку, уже осознавая, что это ловушка, чтобы посмотреть, что из этого выйдет?

А ведь столько еще остается загадочного. Кто такой Сомервиль? Кто такая Пенелопа? Как они меня нашли? Пересекались ли наши дороги в прежних существованиях? Является ли он перевоплощением старца? А она – Нуалы? Или они всего лишь современные адепты старого волшебства, чародей и его помощница, посланные в наш хрупкий, исполненный спесивого самообмана мир властью Хозяина, пребывающего в затерянной в бездне веков и покрытой туманом юдоли? Все, что известно мне наверняка, заключается в том, что Сомервиль использует меня для того, чтобы завладеть кристаллом – что ему самому по какой-то неизвестной причине не дано совершить, – и что во что бы то ни стало я обязан не допустить, чтобы кристалл попал в его руки.

На карту поставлена судьба всего мира.

Повинуясь мгновенному импульсу, я встал, подхватил портфель и пошел по проходу в сторону выхода.

Проводник прошел по вагону, объявляя остановку, и поезд прибыл на 125-ю улицу. Двери с шипением раскрылись. Я вышел на платформу. Ярко светило солнце, и воздух был непривычно свеж. Пару минут я постоял, глубоко вдыхая его. Двери поезда закрылись у меня за спиной. В тот момент, когда поезд тронулся, я обернулся и мельком увидел своего попутчика в сером костюме. Он неподвижно сидел у окна. Он тоже меня увидел и повернулся ко мне, широко раскрыв рот и шевеля подбородком, как будто хотел что-то сказать.

Было полпервого. Встреча с Сомервилем назначена на час. По лестнице я спустился с высокой платформы на улицу и возле грузового лифта нашел телефон-автомат. Я набрал номер Хейворта. На другой стороне улицы, прислоняясь к полосатой красно-белой будке торговца хот-догами, стоял человек, откровенно следивший за мной. Я поглубже забрался в будку и прижал к телу портфель, чтобы наблюдатель не заметил, что он прикреплен цепочкой к моему брючному ремню. Я услышал несколько длинных гудков, а затем повесил трубку.

Я подождал пять минут. Наблюдатель ушел. Я вновь набрал номер Хейворта.