ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Он опровергал Библию и спорил с Богом. Его талант был безграничным, а опыты — ужасными и шокирующими. Конец XIX века. Филадельфия. К гениальному хирургу Спенсеру Блэку стремятся сотни людей. Только... Химера Эрик Б Хадспет Примечание издателя Эта книга не появилась бы на свет без неустанных усилий и щедрой финансовой поддержки Филадельфийского музея медицинских древностей. На протяжении последних пятнадцати лет его хранители осматривали частные коллекции на всей территории Соединенных Штатов и Европы в поисках утерянных дневников, писем и иллюстраций доктора Спенсера Блэка — одного из самых выдающихся врачей и ученых вольнодумцев, известных западной цивилизации. Как, вне всякого сомнения, хорошо известно большинству врачей и студентов-медиков, доктор Блэк прославился в конце девятнадцатого века новаторскими исследованиями в области лечения генетических аномалий. Никто не спорит с тем, что доктор Блэк был необыкновенно одаренным человеком. Его работы стали известны хирургам всего мира еще прежде, чем ему исполнился двадцать один год. И все же это профессиональное признание оказалось недолговечным. Большинство более поздних работ доктора Блэка и по сей день окутано самыми противоречивыми слухами о кощунственных и богомерзких деяниях их автора. Благодаря материалу, собранному в данной книге, нам теперь известно, что личные и профессиональные достижения доктора Блэка изобилуют гораздо более возмутительными подробностями, чем сюжеты готических романов, пользовавшихся популярностью среди его современников. Многие письма и иллюстрации, приведенные в этой книге, принадлежали брату доктора Блэка Бернарду. Эти материалы увидели свет впервые после Международной конвенции по современной науке, состоявшейся в 1938 году (где они были представлены весьма скудно по причине общественного порицания). Другие письма, дневники и рисунки поступили к нам непосредственно от дарителей, пожела

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Как и подобает почтенной матери семейства, она возложила на себя задачу заботиться обо всех исполнителях и вскоре заслужила прозвище Мама Эль.

Задачи и переживания самого Блэка были гораздо более сложными. Всего четыре месяца разделяют две записи в дневнике, приведенные ниже, но эти записи отлично демонстрируют эволюцию взглядов ученого на собственные исследования и образ жизни ярмарочного артиста.

Сентябрь 1880 года

До сих пор я прилагал все усилия к тому, чтобы довести свою работу до успешного завершения. Но теперь выходит, что я делал это только для того, чтобы разделить ее с лгунами, преступниками и убийцами — невежественными людьми, которые не пожирают друг друга только потому, что им не нравится вкус человечины. Да уж, я попал в поистине славную компанию. Я ублажаю прихоти посетителей и хозяев ярмарки. Я читаю лекции простым людям, которых моя наука интересует гораздо меньше, чем так называемая женщина-ящерица из джунглей, которая на самом деле представляет собой обычную жительницу Детройта, страдающую от ихтиоза. Было бы гораздо предпочтительнее работать в лаборатории университета. Тогда я мог бы беседовать с заинтересованной студенческой аудиторией.

Я знаю, что должен продолжать свою работу, несмотря на презрение, которое я питаю к тем, кто приходит меня послушать. Поскольку я не имею иного источника дохода, мне ничего больше не остается.

* * *

Февраль 1881 года

Я могу выбраться за пределы этой страны и попытаться найти тех, кто станет слушать, как некогда слушал я. Я не прикован к одному государству или данной местности. Если они ко мне не едут, я могу привезти свою работу к ним. Я появлюсь у них на крыльце и постучу в их двери.

Несмотря на первоначальные колебания, Блэк стал феноменально успешным балаганщиком и вскоре смирился с ярмарочным образом жизни. Другие артисты и исполнители восхищались его стилем и артистизмом. Любопытные зеваки валом валили в странствующий музей, чтобы хоть глазком взглянуть на противоречивые экспонаты, на которые так яростно нападали местные газеты. Доходы от выставки были весьма существенными. Блэк без труда обеспечивал свою семью всем необходимым. Он даже купил просторный фургон с лошадью — излюбленный вид транспорта ранних американских ярмарок и бродячих цирков. Это позволило ему путешествовать более свободно, особенно зимой, когда ярмарка закрывалась.

Общительный и прямолинейный, доктор Блэк часто предлагал сомневающимся зрителям вступить с ним в открытую дискуссию. Один такой эпизод имел место в 1881 году в округе Мэррис, штат Нью-Йорк, где некий министр по имени Уильям Кэтэвей-младший обвинил ярмарку в непристойности и богохульстве.