ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

В заброшенном замке томится в плену родственница английского короля леди Джоанна. Ее окружил заботой и вниманием брат султана Саладина эмир аль-Адиль — известный покоритель красавиц. Но девушка не... Паладин Симона Вилар © Гавриленко Н. Г., 2014 © Hemiro Ltd, издание на русском языке, 2015 © Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», художественное оформление, 2015 Панорама бурной и кровавой эпохи обретает «человеческое измерение» благодаря приключениям двух влюбленных, чей путь к счастью мучителен и тернист. Временами кажется, что жестокий ветер времени вот-вот угасит огоньки этих судеб, но нет: заплатив жестокую цену, герои-любовники наконец-то обретают друг друга. Мартин и Джоанна не из тех, кто меняет ход исторических событий. Но подлинность чувств подобных людей, их мужество и прирожденное благородство привносят в историю духовное содержание, наполняют ее смыслом и делают далекое близким. В этом и заключается одна из главных удач Симоны Вилар. Что ж, последуем за автором романа и попробуем взглянуть на мир глазами людей ХІІ века. Андрей Климов, писатель Абу Хасан еле сдержался, чтобы тут же не кинуться из мечети и не прервать эту кощунственную песнь. О, эта проклятая назареянка! Будь его воля, он бы давно содрал с ее спины кожу кнутом, но его господин, благородный эмир Малик аль-Адиль, брат самого султана Саладина, приказал своему верному хаджибу Монреаля обращаться с пленницей как с нежным цветком, который он решил приберечь для себя. Вот и приходится Абу Хасану терпеть ее выходки, даже ублажать, а недавно он был столь наивен, что по ее просьбе принес лютню, и теперь эта женщина, это порождение джаханнама, вздумала распевать на всю округу! Голос у нее был сильный, звучный, и — упаси Аллах! — его могут услышать даже за пределами замка. Проклятье! А ведь именно сейчас у колодцев под горой Монреаля расположился караван торговцев. Не хватало еще, чтобы они ее услышали! В

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Письмо было полно радостных упований, но при этом Джоанна ставила родных в известность, что не вернется домой, а останется с супругом на Кипре. Она не преминула попросить родителей о том, чтобы они переправили ей приданое, — частично деньгами, а частично ее лошадьми Незерби. Джоанна уверяла, что, как и ранее в Англии, собирается заниматься разведением лошадей на Кипре, скрещивая их с доставляемыми из Палестины арабскими скакунами.

Когда семья пережила первый всплеск радости, что их Джоанна жива и у нее все благополучно, возникло немало вопросов по поводу ее нового замужества. Все понимали, что нужны очень веские основания, чтобы добиться развода, и если к самому Обри родные Джоанны не испытывали приязни, то, памятуя, как легкомысленно она выбрала своего первого супруга, ее новая скоропалительная свадьба вызвала у них тревогу. К новому мужу Джоанны их расположило только то, что он обвенчался с ней даже без полагавшегося приданого. Однако само его имя — Мартин Хоконсон — указывало, что он не из старой знати, а значит, к союзу с Джоанной де Шампер его могло подвигнуть само родство со знатной семьей, а также ее родственные связи с королевским домом Плантагенетов, гарантировавшее этому нуворишу продвижение по службе при дворе короля Гвидо на Кипре.

Поразмыслив, Шамперы решили повременить с отправкой приданого, пока не разузнают все об этом Мартине Хоконсоне. Они даже подумывали послать своего представителя на Кипр, чтобы он вызнал все о новом браке Джоанны, но потом случилось нечто, отвлекшее их от мысли о поездке за море. Ибо их, как и всех в Европе, сразила новость, что по пути домой таинственно исчез король Ричард Английский.

Последнее, что было известно о короле, так это его неожиданная встреча с пиратским флотом, когда он возвращался морем, однако даже пираты не посмели напасть на человека, сражавшегося за Гроб Господень. Более того, морские разбойники уведомили Львиное Сердце, что в Марселе, где он хотел высадиться, короля ожидают люди Филиппа Французского, намеревающиеся схватить его.

После этого Ричард изменил курс… и пропал. Его не было в портах, не было на побережье, ниоткуда не поступало сообщений, что он высадился со своей свитой. И начали рождаться всякие предположения, одно хуже другого: что людям короля Филиппа все же удалось напасть на Ричарда и он убит, что он попал в шторм у побережья, его корабль разбило о скалы, а сам Львиное Сердце погиб в пучине. Но очевидным оставалось только одно — самый прославленный и яркий монарх Европы не подавал о себе никаких вестей.

Тем временем в Англии младший брат Ричарда принц Джон уже стал готовиться занять престол. Он уверял, что если Ричард пропал, то не иначе, как его уже нет на этом свете и, соответственно, трон свободен.