Вспышка боли, круги перед глазами… Руки судорожно пытаются ухватиться за что-нибудь, хоть за что-нибудь… Но, увы, кончики пальцев слегка чиркают по камню, и вот встреча с полом.
Проклятый удар по голове помешал сориентироваться и приземлиться хотя бы на ноги. Тогда был бы шанс. Ведь сработка происходит не сразу. Я мог бы прыгнуть.
Но падение происходит на бок. Не высоко, не страшно… Но смертельно. Слышу щелчок! А жить так хочется!!! Плиты с шумом падают вниз… Я тоже.
Глава сорок вторая
Самодельный ключ из штыря и двух ножей делать не пришлось. Потому что Ольга высказала здравую мысль. Лень, как известно, топливо для мозга. А стачивать напильником сверхпрочный сплав, еще та радость. Вот она и сообразила что, несмотря на прочность частей… их еще закрепить между собой надо. Так чтоб все это не просто держалось, а еще и не рассыпалось после первого же попытки.
От безнадежности, Аглая предложила:
— Может в домах поискать?
— Думаешь, найдем ключ подходящего размера, — немного ехидно поинтересовалась Алена.
— А у тебя есть идея получше?
— Нет.
— Вот и молчи.
— У меня есть, — с задумчивым видом произнес Руслан, крутя в руках почти метровый штырь.
Девушки с надеждой повернулись в его сторону. Тот же усмехнувшись, вставил один конец в решетку, между крайним прутом и стеной. Правой рукой взялся за штырь, а левой ухватился за холодный метал, перекрывающий доступ к воздуховоду. Напряглись могучие мышцы, увеличиваясь в объеме, раздался хрип и… штырь начал гнуться.
— Фух… Что и требовалось доказать, — тяжело выдохнув, вытер со лба выступивший пот.
— Ну, то, что нам ее не сломать, — кивок Аглаи в сторону ни сколько не пострадавшей решетки, — мы и так знали.
— Я не собирался ее ломать, мне было интересно узнать смогу ли я погнуть, вот это, — трясет слегка искривленной железякой.
— И что?
— А то! — Руслан, отбросив в сторону уже не нужный кусок метала, берет в руки целый, и слегка переворошив сваленное имущество, находит кувалдочку. Пусть и невелика, но зато прочная.
— Ты что собрался делать? — заинтересовалась Аглая.
— Подожди, — Рогожин отходит к каменному парапету. Достав носовой платок, обматывает один из концов антенны и крепко зажимает, потом укладывает ее на импровизированную наковальню и бьет. Еще. Еще. Еще.
Смотрит на творение рук своих и удовлетворенно кивает:
— Куется. Медленно, долго, но куется. Правда и каменюка крошится, — хлопок ладонью по парапету, — но его тут полно.
— Кажется, я знаю, что ты хочешь сделать, — кивает Ольга.
— Да? — немного ревниво спрашивает Аглая. — Может, и нам объяснишь?
— Да все просто, — улыбается девушка, — сейчас в середине придаст квадратную форму, потом согнет. Вот и ключ. Метал и так не слабый, но мы еще концы стянем, чтоб не разгибался и все.






