Но напрасно немецкие наблюдатели высматривали в траве просветы, через которые стреляли русские: трава стояла сплошной зеленой стенкой. Гитлеровцы открыли сильный пулеметный огонь по бугорку. Пулеметы стреляли до тех пор, пока их не подавили советские пушки.
Гитлеровцы были уверены, что изрешетили пулями русских снайперов. Тут-то и сделал обер-лейтенант Вальден свою запись в полковом журнале. Не он первый, не он последний делал такие хвастливые «липовые» записи — ими изобиловала боевая документация фашистов.
В действительности же, когда первые пули врезались в землю перед окопом снайперов, те находились уже метров на тридцать левее. Сделав по два выстрела, они сейчас же переползли, маскируясь высокой травой, на запасную позицию. Они хорошо знали мудрое снайперское правило: делать с одной позиции не более двух-трех выстрелов. Сейчас они лежали в окопчиках на другом бугорке. Под трескотню вражеских пулеметов они могли тихонько переговариваться, не боясь, что их услышат.
— Не зря мы с тобой поработали ночью, Ваня!
— Да, если б ночью не потрудились, пропали бы! — убежденно отвечал Пересветов. — Без запасных огневых позиций нельзя… Со второго выстрела засекли! Вон как кроют, пыль столбом! Слушай, Вася, а что, если нам по ихним пулеметам стукнуть?
— Ничего не выйдет. Пулеметы в бронированных гнездах.
Волжин помолчал, присматриваясь к работающим огневым точкам. Потом он увидел нечто, заставившее его улыбнуться: черные столбы разрывов встали перед пулеметными гнездами. Внушительный грохот фугасных снарядов донесся оттуда. Теперь и Пересветов тоже стал улыбаться:
— Ага! Наши пушечки заговорили. Дают огонька.
— Теперь — все! — отозвался Волжин. — Заткнут глотку пулеметам.
Так и вышло.
Лежа в окопе, Волжин улыбался своим мыслям. Намечая для снайперской засады один из бугорков в нейтральной полосе, он еще не знал, что тут получится.
А бугорок оказался местом замечательным: с него просматривалась не только первая траншея гитлеровцев, но и вторая, являющаяся, очевидно, ходом сообщения. Ее не было видно с батальонного наблюдательного пункта, хотя о существовании ее было известно. Волжин с большим интересом стал наблюдать за открывшейся ему вражеской траншеей. Скоро он заметил, что эта траншея несколько мелковата: в двух местах у проходивших по ней солдат можно было видеть каску.
Тогда Волжин навел свою винтовку на одно из этих мест, а Пересветову предложил взять на «прицел другое.
— Что толку? — возразил Пересветов. — По каске бить не станешь. Бесполезно!
— Погоди! — отвечал Волжин. — Будем ждать.
Его расчет был простой. Люди бывают разные. Если проходящий по траншее солдат среднего роста показывает только верх каски, то высокий покажет всю голову. А ведь есть же у гитлеровцев высокие солдаты.






