ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«Когда Вася Волжин уходил на фронт, война рисовалась ему чем-то вроде массовой стрельбы в тире или на полигоне. Год назад он окончил снайперскую школу Осоавиахима, получил диплом и был уверен, что ему... Георгий Травин СНАЙПЕР >© > — україномовна пригодницька література >Художник П. Н. Панкисевич — Как не знать? — спокойно ответил стар» шина. — Очень даже хорошо знаю. Что это за старшина, если своих людей не знает! — Так почему ж вы вручаете мне простую винтовку? — Она не так проста, как вам кажется. — Но она без оптики! Неужели в полку нет снайперских винтовок? — Как не быть, — с прежней невозмутимостью отвечал старшина. — Найдутся. А у вас есть данные, чтоб такой винтовкой владеть? — неожиданно спросил он. Вопрос этот удивил Волжина. — Какие же еще вам данные? У меня диплом. — Этого маловато, — улыбнулся старшина. — Здесь и дипломы испытаниям подвергаются, экзаменуются то-есть. Вот, как понюхает пороху ваш диплом, тогда и видно будет, дать или не дать дипломированному снайперу снайперскую винтовку. — Как же не дать-то? — испугался Волжин, никак не предвидевший такого оборота дела. — А очень просто! Может, у вас диплом распрекрасный, а нервы слабые. Может, стрелок вы сверхметкий, а других качеств снайпера у вас ни на грош. Ведь и в школе, небось, говорили вам, что снайперу, кроме меткости, много еще кой-чего требуется? — Говорили. — То-то и оно! Там об этом ваши преподаватели говорили, а тут сама жизнь твердит. Обстановка здесь, товарищ Волжин, не та. На стрельбище вовсе даже непохожая. Это вы и сами скоро увидите. Вот если и в здешней обстановке вы сможете хорошо действовать, значит, вы есть настоящий снайпер. Понял? — Понятно! — с невольным вздохом отвечал Волжин. — А вздыхать нечего! — рассмеялся старшина. — Берите пример с Пересветова. Он получил такую же винтовку, без оптики, и слова не сказал, с претензиями к начальству не пристает и не вздыхает. А у него дипло

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

И в тот же самый день в журнале боевых действий немецкого полка, которым командовал полковник Липпе, обер-лейтенант Вальден записал:

«В 15.00 метким огнем станковых пулеметов уничтожен снайперский пост русских в нейтральной зоне».

Что же произошло в действительности?

Немецкая запись была сделана в 15.00, а русские — в 24 часа. Что же, эти записи сделаны были в книжках убитых, посмертно? Этого нельзя сказать: Волжин и Пересветов сами принесли свои книжки командиру роты.

Происходило в этот июльский день следующее.

Рота обер-лейтенанта Вальдена занимала благоустроенную траншею, которая, однако, слишком часто требовала капитального ремонта: русская артиллерия хорошо пристрелялась по ней и время от времени все здесь разворачивала.

В немецкой траншее было невесело.

Рядовой Ганс Фингер посмотрел на свои дешевенькие штампованные часы из неизвестного металла и выругался. Ганс непременно ругался, когда смотрел на свои часы: они совсем не походили на тот массивный золотой хронометр с тремя толстыми крышками, какой рассчитывал Фингер захватить в Ленинграде в числе прочей военной добычи. Русский золотой хронометр становился все более недосягаемым. Рука Судьбы, в которую верил Ганс, складывала свои пальцы в кукиш.

В данный момент у солдата была и еще одна веская причина для брани: уже десять минут назад должны были принести в траншею обед, а обедом и не пахло. Ганс терпеть не мог неаккуратности и запозданий, тем более — в еде.

— Эти разносчики пищи — варвары, — сказал сосед Ганса. — Никак не оторвутся от кухни! Сидят там, болтают с поваром и обжираются.

— Раскуривают по дороге!

— Р-расстрелять их мало! — проворчал Ганс Фингер. — Будь я командиром, я сажал бы их в карцер за одну минуту опоздания. Тогда они поторапливались бы!

— В Европе было лучше! — вздохнул Пауль Кранц, долговязый меланхолик.

— А здесь разве Азия? — возразил кто-то.

— Здесь? Не поймешь, что здесь такое! Во всяком случае, совсем не то, что нам сулили. Вот уже третий год никакой добычи! А наши жены и девушки сердятся, что мы не шлем посылок, будто от нас зависит взять этот дьявольский город!

— Что болтать о посылках! Даже кормят нас с каждым днем хуже. Да еще вот запаздывают с обедом…

— Кажется, несут?

Все прислушались. Кто-то, действительно, шел по ходу сообщения.

Отличавшийся тонким слухом и неприятной способностью чуять все плохое, Кранц тут же разочаровал солдат.

— Это не обед. Возвращается унтер-офицер: это его шаги. Унтер-офицер вместо обеда! Плохой заменитель, черт бы его побрал! Скверный эрзац!

— Тише! Он уже подходит.

Солдаты сидели, как всегда, на дне траншеи, прислонившись спиной к стенке. При появлении своего маленького, но важного начальника они сделали вид, что встают, но он милостиво махнул рукой:

— Сидите. Отдыхайте.