ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Известный роман не менее известной ингушской романистки Доухан Балаевой, ныне не очень почитаем на территории Ингушетии... Доухан Балаева Мадина Июльский вечер мягко стелется над селом, постепенно погрузившимся в обычные на исходе дня заботы. Многоголосое стадо уже разбрелось по дворам, и некоторое время относительную тишину нарушает то нетерпеливо- требовательное, то жалобно- просительное мычание, доносящееся из дворов, где хозяйки по каким- то причинам не спешат к своим буренушкам с подойником. Мадина вошла в соседский двор, осторожно неся в вытянутых руках наполненную доверху банку. Навстречу, радостно повизгивая, бросился Дружок, большая черно- белая дворняга. Так и подмывало налить в стоявшую у конуры плошку молока, но от соблазна удержала мысль, что неудобно принести неполную банку. В небольшой уютной комнате, служившей хозяевам одновременно и кухней, и столовой, была одна тетя Люба. Поздоровавшись и оставив на столе банку, Мадина прошла к Наташе, встретившей ее задиристым: - Наконец- то! Уже час как Сережку за тобой посылала. - Почему сама не пришла, если так срочно? Ну, что у тебя? . . Говори скорее, не томи, - перешла на шепот Мадина, усаживаясь на свое излюбленное место - в угол дивана. - Вот! Справочник достала! Теперь начнем всерьез готовиться, - ликующим тоном объявила Наташа. Ее, от природы очень подвижную и жизнерадостную, в минуты возбуждения энергия так и распирала. - Издеваешься? . . От обиды, что лишена возможности разделить радость подруги, глаза Мадины наполнились слезами. Наташину веселость как рукой сняло. Она подсела к ней, обняла. - Мадиночка, да уломаем мы их! Ну неужели Муслим за тебя не заступится? - Брат- то написал. . . Но они ни в какую. . . после того случая из дома не хотят выпускать. - Это когда тот усатый коротышка выкрасть грозился? Но ты-то чем виновата! Ма- ам, мама- а! Вошла тетя Люба, вопросительно взглянула на сидящих в обнимку

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

- Черкесский, - тихо отозвалась Фатима. - Да ты не туда смотри, а вон, видишь, справа от гармонистки сидит? . . Как только ребята вошли, гармонь смолкла и девки встали. - Добрый вечер. Бог вам не простит, что без нас веселитесь, - улыбнулся Ибрагим. Лида с радостным восклицанием устремилась к нему. - Однако подружки твои совсем не обрадовались. - Ибрагим озорно сверкал глазами в сторону сгрудившихся поближе к выходу девушек. - Тебе показалось, - засмеялась Лида.

Молодые люди сели, предложили девушкам занять свои места. - Устали сидеть, постоим немного- за всех ответила Роза. Она была старшей среди девушек и, как принято, взяла на себя роль их тамады. - А мы- то с тобой подумали было, что они тут танцевали весь вечер. - Ибрагим подмигнул Беслану. - Здесь чужих нет, - вступился тот. - Ибрагим из нашей семьи, и нечего его стесняться. К тому же он чел- к современный и вовсе не способен оценить вашу приверженность обычаям. - Кроме того, если уж вы такие ревнительницы обычаев, должны знать, что гостя принято всячески ублажать, - непринужденно начал Ибрагим, в свои годы порядком поднаторевший в подобного рода словопрениях. - А гость сейчас с большим удовольствием станцевал бы после того, как вы немного посидите с нами, разумеется.

девки расселись поочередно, в порядке старшинства. - Ну- ка, сыграй что- нибудь повеселее. За тобой еще и должок имеется- в прошлый раз ты сбежала, так и не сыграв ни одной мелодии.

- - Начинай, начинай, сестренка! Нечего тушеваться- подбодрил Беслан, видя, что Мадина сидит, словно сказанное не имеет к ней никакого отношения.

Мадине оч. не понравился высокомерно- снисходительный тон, с самого начала принятый Ибрагимом в обращении с незнакомыми дев- ми. Но, чтобы ее упирательство не приняли за жеманство, взяла гармонь. Некоторое время все сидели молча, словно вслушиваясь в мелодию, и разглядывали друг друга.

Ибрагим бросал оценивающие взгляды на Розу, действительно оказавшуюся красавицей. Немного погодя он медленно встал во весь свой немалый рост, картинно подкрутил вовсе не нуждавшиеся в этом коротенькие черные усики, и приосанившись, прошелся по кругу, ястребом поглядывая на дев- ек, тоже поднявшихся с мест.

Девушки тайком пересмеивались, ожидая какой- нибудь новой выходки от гостя, явно старающегося развеселить их. Ибрагим остановился и с подкупающей улыбкой заговорил: - Я затрудняюсь выбрать из вас одну- вы все так хороши, что я не могу и не хочу, отдав предпочтение одной из вас, обидеть остальных. Пусть лучше Лида скажет, с кем мне танцевать. Лида, которой был известен замысел матери, назвала Розу. То приближаясь, то удаляясь, Ибрагим носился вокруг девки в стремительном танце, то и дело норовя неожиданно преградить ей путь. Но не так- то просто было застать Розу врасплох.