- И дочери своей такую участь готовишь? Да она ж у тебя умница - дай ты ей выучиться.
- Ее уже сватать ходят.
- Не бойся, в девках не засидится, успеешь выдать. Вон сына- то своего отправила учиться, да еще в такую даль.
- Так то ж сын. Почему Люба, никак понять меня не хочешь? Ведь не все, что можно вам, нам можно. Взрослая дочь в доме- это большая забота. Да и как ее одну в город отпускать?
- Опять за свое! Ну почему одну? Она же с Наташей будет. Или дочку мою разбалованной считаешь? Или думаешь, что позволю ей беспутничать? - все больше распалялась тетя Люба. - Почему боишься с ней свою дочь отпускать? Господи, да сколько можно говорить об этом! Теперь я поняла, что ты ни меня, ни семью мою нисколько не уважаешь.
- Зачем так говоришь Люба? - встревожено спохватилась Тамара, пытаясь удержать направившуюся к выходу подругу. Люба порывисто обернулась:
- В жизни больше ноги моей здесь не будет! И не присылай мне больше ничего - не нужно мне от тебя ни макового зернышка. Не думала я, что ты такая. . .
Тамара, в крайнем замешательстве разводя руками, беззвучно открывала рот, пытаясь вставить слово, но не находила, что сказать. Уже за порогом Люба остановилась и с обидой в голосе жестко, с нажимом проговорила:
- В общем, так, подружка: если не одумаешься - и знать тебя более не хочу. Не желаю дружить с человеком, который меня ни во что не ставит.
- Люба, подожди, подожди, зачем так? Ведь не я решаю. Отец не хочет. . . - нашлась наконец Тамара.
- Это ты кому другому говори, а я знаю, что ты всегда сумеешь настоять на своем. Что ты захочешь- то и Магомет. . Подумай, Тамара - несколько смягчилась Люба, и пожелав спокойной ночи, заспешила к себе, оставив подругу в крайней растерянности.
Мадина чувствовала, что мать очень расстроена, и лежа в темноте с открытыми глазами, с невольной жалостью думала: Тетя Люба всегда подавляет ее своим железным натиском. Но это правильно сказала. . Действительно, нани так умеет подготовить отца, так ему все преподносит, что он всегда решает, как она хочет. .
Тамара долго ворочалась в постели. Я же не ее дочерью распоряжаюсь - чего она так. . А моей учеба ни к чему. Выйдет замуж - и с ученой будет то же, что с неученой. . В этом она была убеждена. Но не давала покоя мысль о том, что дружбе с Любой может прийти конец. Это очень огорчало, поскольку по душевной простоте своей угрозу Любы приняла всерьез.
Перед мысленным взором возникли далекие дни их первого знакомства. В тот год они только вернулись на родную землю, к которой неодолимо тянуло, по которой мучительно тосковали все эти годы. Но неприветливой была это долгожданная встреча. В их доме, покинутом по злой воле черным февральским днем сорок четвертого, хозяйничали другие. Добиться его возвращения или хотя бы выкупить оказалось невозможным.






