ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Известный роман не менее известной ингушской романистки Доухан Балаевой, ныне не очень почитаем на территории Ингушетии... Доухан Балаева Мадина Июльский вечер мягко стелется над селом, постепенно погрузившимся в обычные на исходе дня заботы. Многоголосое стадо уже разбрелось по дворам, и некоторое время относительную тишину нарушает то нетерпеливо- требовательное, то жалобно- просительное мычание, доносящееся из дворов, где хозяйки по каким- то причинам не спешат к своим буренушкам с подойником. Мадина вошла в соседский двор, осторожно неся в вытянутых руках наполненную доверху банку. Навстречу, радостно повизгивая, бросился Дружок, большая черно- белая дворняга. Так и подмывало налить в стоявшую у конуры плошку молока, но от соблазна удержала мысль, что неудобно принести неполную банку. В небольшой уютной комнате, служившей хозяевам одновременно и кухней, и столовой, была одна тетя Люба. Поздоровавшись и оставив на столе банку, Мадина прошла к Наташе, встретившей ее задиристым: - Наконец- то! Уже час как Сережку за тобой посылала. - Почему сама не пришла, если так срочно? Ну, что у тебя? . . Говори скорее, не томи, - перешла на шепот Мадина, усаживаясь на свое излюбленное место - в угол дивана. - Вот! Справочник достала! Теперь начнем всерьез готовиться, - ликующим тоном объявила Наташа. Ее, от природы очень подвижную и жизнерадостную, в минуты возбуждения энергия так и распирала. - Издеваешься? . . От обиды, что лишена возможности разделить радость подруги, глаза Мадины наполнились слезами. Наташину веселость как рукой сняло. Она подсела к ней, обняла. - Мадиночка, да уломаем мы их! Ну неужели Муслим за тебя не заступится? - Брат- то написал. . . Но они ни в какую. . . после того случая из дома не хотят выпускать. - Это когда тот усатый коротышка выкрасть грозился? Но ты-то чем виновата! Ма- ам, мама- а! Вошла тетя Люба, вопросительно взглянула на сидящих в обнимку

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

ответила категорическим отказом, без обиняков заявив, что это абсолютно исключено. Иб. не стал продолжать разг, сразу же ушел. В первую мин. когда он вошел, Мад. растерялась от неожиданности. За те годы, что не виделись, он заметно изменился: раздался в плечах, возмужал, и в своем элегантном сером костюме, сшитом по последней моде, выглядел эффектно. Особенно впечатляла густая "благородная"проседь на висках, невесть по какой причине появившаяся у него так рано. На загорелом мужественном лице- все те же короткие усы и все те же глаза, тот же теплый взгляд, теперь несколько тревожный и настороженный. Мад. знала от Лиды, что он вернулся домой несколько мес. тому назад, что имеет собственную машину, что вновь раб. на своем заводе и до сих пор не женат. И когда увидела его впервые, сразу вспомнила обо всем этом, но вспомнила просто так, без каких- либо особенных чувств- как о фактах, не имеющих к ней никакого отношения. По тому, как Иб. вел разг. и как быстро ушел, выслушав отказ, Мад. решила, что он приходил просто из любопытства, чтобы посмотреть, какая она стала. Но оч. скоро пришлось убедиться, что он приходил не только за этим. Буквально через неск. дней ее принялись уговаривать сестры и мать, узнавшие от Фатимы о серьезном намерении Иб. Они говорили почти одно и то же, приводили одни и те же доводы, убеждая ее, что вдовствовать с такого возраста- непростительная глупость, и в 1голос уверяли, что, будь на ее месте Ал- "через месяц после твоих похорон засобирался бы жениться".

Особенно старалась Тамара. Вот и сейчас, когда Мад. приехала с сыном, чтобы оставить его здесь, потому что завтра спозаранку предстоит ехать в колхоз, она завела разг. об этом: - Учти, Мад, отец и братья не намерены мириться с твоим одиночеством, хотя тебе пока ничего и не говорят. - Сколько раз повторять: оставьте эти разг. Мне и так хорошо. - Да какое же это "хорошо"? Люди нас обвиняют в том, что не выдаем тя, обрекаем на одиночество с таких лет. - Вы мя выдали раз- хватит. - Я же счастья тя желаю, почему не хочешь послушаться мя? - в голосе Там. слышались слезы. - Однажды послушалась- довольно. Ты мя и так сделала счастливой, - проговорила Мад, чувствуя угрызения совести от сознания жестокости этих слов теперь, когда мать и без того считает ся виновницей ее несчастья, но не в силах удержаться от них, поскольку разговоры о новом зам. раздражали ее. Мать, уже откровенно плача, запричитала: - Кто же знал, что так случится? Кто же знал? . . Но раз- уж случ, как не можешь понять, что в таком положении люди не оставят тя в покое. Не зря ведь говорится: "Со вдовы даже помойка смеется". Неужто сама не знаешь- что о тебе будут говорить? - А что обо мне могут гов? - Никто ведь не поверит, что ты, такая молодая и. .