Почему-то так повелось, что за Маринкой всегда последнее слово.
– Да пошли, всё равно скучно, – Королёва встаёт с пенька, отряхивая джинсы.
На пути нам встречается вторая улица: Маринка-Сонюшка с Юлькой, Лошадка и Рустам.
Рустам говорит, что не уважает Белого, но на самом деле, он его просто боится. Вернее не самого Лёшку, а его неожиданных шуточек и подколок. Но сегодня Белый не настроен прикалываться:
– Давайте с нами на гороховое поле, – предлагает он, здороваясь с Рустамом за руку.
Батя польщён таким вниманием главаря к своей персоне, и поэтому охотно соглашается.
Мы идём мимо пруда, по над оврагом. Тихо переговариваемся, никто не ржёт, как конь, и никто не ссорится. Даже странно. Белый расспрашивает Швецову про её сестру Нельку. Оказывается, в прошлом году он с ней встречался.
На гороховом поле темно, мы ищем и открываем стручки на ощупь.
– Переспел уже, – плюётся Рустам.
– Да ты не там рвёшь, – объясняет Маринка Улина, – подальше зайди, вон у меня какой сочный.
– Ты, главное, Лошадка, не пукай потом сильно, а то мы все задохнёмся.
Ну вот, рано радовались – Белый взялся за старое. Я обернулась и увидела Дэна, приближающегося к нам.
Ну, тогда всё понятно – публика на месте.
– Как ты узнал, что мы здесь? – удивляется Королёва.
– Вот такой я умный, – отмазывается Денис и что-то шепчет Белому на ухо.
– Посмотрите, – слышу я голос Маринки-Сонюшки, – что это?
Я поворачиваю голову туда, куда она показывает пальцем. Там, посреди горохового поля в свете луны возвышается что-то огромное и белое.
– Ох, ё, – Рустам выбрасывает свои горох и пятится в сторону села.
– А-а-а, Русик, подожди, – неожиданно бурно реагирует Ирка Швецова и, путаясь, в зарослях бежит к дороге. Я смотрю на свою сестру. Честно сказать, я опасаюсь за её психику. Итак, нервная и пугливая, она может не выдержать такого напряга. Нинка хватает за руку Дэна и стоит не шевелясь. Я понимаю, что так она чувствует себя под надёжной защитой, и даю волю своему страху.
Я много слышала о привидениях, но никогда не видела их сама, поэтому до конца не верила в существование этого явления. А сейчас, я не знаю, что и думать. То, что стоит сейчас посреди поля, слишком большое и слишком яркое, чтобы быть человеком. Но что это тогда? Инопланетянин? Призрак? Да какая разница! Надо бежать, и поскорее! Я слышу собственный визг, который сливается с визгом Королёвой. За годы дружбы мы научились визжать одинаково. В общем-то, это единственное, чем мы с Маринкой похожи. Сонюшка с Лошадкой не пищат и не паникуют, они даже горох не выбросили.
– Да, чего, вы? Это кто-то прикалывается, – кричит нам Маринка Улина, – хотите я подойду – посмотрю.
– Нет, ради бога, не надо, – Королёва хватает её за руку, – ты уже один раз подошла.






