Люди смотрели на него, когда он проходил мимо, следуя за девочкой, ведущей его через этот лабиринт, из которого он никогда бы не вышел без ее помощи. Никто из этих людей не попытался остановить их и даже не спросил ни о чем.
Доносившиеся до них звуки погони затихали. Девочка продолжала тянуть его за руку. Он шел за ней до самого края трущобного города, где они остановились и она осторожно обошла заляпанный грязью матерчатый экран. Яркий свет, казалось, ослепил Конора, и ему потребовалось дважды закрыть и снова открыть глаза, прежде чем он осознал то, что видел перед собой.
Перед ним был канал. Длинный баркас, вернее баржа, тяжело груженная тюками тканей, стояла у стенки набережной, и тут же напротив стояли на берегу его друзья. Их лица были сосредоточенно-напряженными, Абеке не сводила внимательного взгляда с улицы, высматривая Конора. Роллан явно был встревожен – а может, его лицо выражало раздражение и досаду? Этого Конор не знал.
– Спасибо тебе, – поблагодарил он девочку, перед тем как поспешить к своим спутникам. Жаль, что у него не было ни одной серебряной монетки – Тарик все отдал охранникам при проходе через ворота. Но девочка не ждала от него никаких благодарностей и подарков. Улыбнувшись ему, она быстро повернулась и исчезла в тени лабиринта, из которого они только что вышли.
Конор, выйдя на свет, помахал ей вслед рукой и, торопясь миновать открытое место, побежал к своим спутникам, стоявшим возле баржи, на которой им предстояло плыть в джунгли к Динешу и талисману Священного слона.
Ксу
Настала ночь, и крысы, пробравшись в бамбуковую чащу, принялись пожирать опавшие цветки бамбука. Мейлин била по ним ногами, но очень ослабла, и крысы под этими ударами отступали не больше чем на фут. Пустой желудок нестерпимо болел, горло саднило так, будто она только что проглотила пучок колючек, отяжелевшие руки и ноги были холодными. Крысы не считали ее угрозой, их не пугала даже дубинка в ее руках. «Интересно, – подумала Мейлин в состоянии безысходного отчаяния, – когда они сообразят, что я тоже являюсь для них пищей?»
Она потеряла счет дням. Снова и снова все ее мысли были поглощены перекрестками тропок в Великом бамбуковом лабиринте, но все еще так и не было ясности в том, какая из них выведет ее на свободу, к воде и хоть к какому-то пропитанию. Все маршруты, по которым она пыталась выйти из Лабиринта, снова заводили ее в чащу.
Джи толкнула ее в бедро и тяжело села рядом, протянув к ней когтистую лапу.
Мейлин заколебалась, потом уступила ей и медленно села, едва не упав лицом в кучу бамбуковых цветков. У нее не было больше сил сопротивляться тому, что делает ее дух зверя.
Джи, протянув лапу к ее уху, принялась очень медленно поворачивать ее голову из стороны в сторону.






