– Да он ни для кого не подходит, кроме этих кровососущих дьяволов, – сказал Роллан, поскользнувшись на мокрой траве и хватаясь за ствол стоявшего рядом дерева.
– Ты в порядке?
– Да, я просто поскользнулся, – раздраженно ответил Роллан, стряхивая руку Конора со своего локтя. – Эта жара меня тоже достала. Мне ясно одно – для жизни в джунглях я не создан.
Идти им стало легче, поскольку дорога была гораздо шире – примерно в восемь футов. Растительность на ней была хорошо примята, с росших по обочинам деревьев на их головы не свешивались надоевшие вьющиеся растения и не сыпались внезапным дождем пиявки. Дождь тоже прекратился и вышло солнце, отовсюду поднимался пар – растительность обсыхала.
– Тут лучше, – заметила Абеке.
– Что и говорить, – поддержал ее Конор.
Роллан не сказал ничего. Чувствуя страшную усталость, он мог лишь кивнуть в знак согласия со спутниками. Он чувствовал, что ему необходимо что-то сделать, но что именно, он не мог вспомнить. Сделать что-то вместе с Эссикс, летавшей кругами где-то поблизости.
– Жосар говорит, что дорога впереди чистая, – сказала Лиша. – Слоновая трава, так что укрыться негде. Нам надо пройти этот участок быстро. Вперед.
Она снова перешла на размашистый охотничий шаг, более быстрый, чем прогулочный; Жосар шел рядом. Абеке шагала, соразмеряя свои шаги с ее шагами. Конор шел позади не столь грациозной походкой, но сохраняя дистанцию без видимых усилий. Роллан шел за ним, иногда спотыкаясь. Тарик замыкал строй. Люмио, перешедший в активную форму, восседал теперь на его плече; выдра столь же внимательно, как и человек, смотрела вокруг.
– Мне кажется, что за нами кто-то идет, – негромко произнес Тарик, обращаясь к выдре. – Мы должны, что называется, смотреть в оба.
Роллан, оглянувшись назад, снова поскользнулся и едва не упал. В воздухе стоял туман, а может быть, у него что-то произошло с глазами? Он не мог разглядеть ничего, кроме примятой зеленой листвы позади себя на тропе и деревьев, обступивших ее с обеих сторон.
Открытое место, до которого они дошли, было по величине примерно таким же, как центральная рыночная площадь в его родной Конкорбе. Молодые деревца и папоротники, росшие по краям, походили на маленьких ребятишек, стоящих за пределами поля и наблюдающих за игрой. Но все пространство было покрыто остролистой слоновой травой, о которой говорила Лиша. Почти везде ее высота была по пояс, но кое-где виднелись заросли, и там трава была выше Тарика. Роллану такая трава казалась какой-то ненастоящей. Она была слишком высокой, и ее побеги были длиной со шпагу.
Лиша остановилась там, где джунгли начинали редеть, и стала всматриваться вперед. Жосар рыскал поблизости, уткнув нос в землю; его хвост слегка подрагивал.
– Он чует носорогов, – спокойно объявила Лиша.






