Джаред и Джекс – хорошие друзья, но у парней нет желания выслушивать подобную хрень, к тому же мы не такие наблюдательные. Тэйт подозревала что-то неладное, только я не знал, как ей сказать. Просто хотел, чтобы она знала – под всем этим фасадом скрывался не очень хороший парень.
– Я делаю глупости, Тэйт. Только на них и способен. Только в этом хорош. – Протянув руку, медленно заправил несколько прядей, выбившихся из хвостика, ей за ухо и закончил тихо, практически шепотом: – Мой отец знает.
Она
знает. – Я посмотрел вниз, затем опять ей в лицо. – Ты тоже знаешь, разве не так?
Тэйт не ответила. Просто изучала меня, пока винтики крутились у нее в голове.
Моя ладонь опустилась на ее щеку, и я вспомнил обо всех моментах, когда она напоминала мне о Фэллон. Поглаживая щеку Тэйт большим пальцем, желал, чтобы она на меня накричала. Желал, чтобы она не беспокоилась обо мне. Насколько проще было бы знать, что в моей жизни нет ничего настоящего.
Держа ее милое, ничего не ведающее лицо в руках, склонился ниже, ощутив едва уловимый аромат ее парфюма. Мои губы оказались еще ближе.
– Мэдок? – спросила Тэйт, сконфуженно наблюдая за мной.
Наклонив голову, мягко поцеловал ее в лоб, после чего медленно отстранился.
Она обеспокоенно сдвинула брови.
– Ты в порядке?
Нет.
Ну, иногда.
Ладно, да. Чаще всего, полагаю.
Только не по ночам.
– Вау. – Глубоко вздохнув, улыбнулся. – Надеюсь, ты в курсе, что это ничего не значило, – отшутился я. – В смысле, я тебя люблю. Но не в том плане. Скорее, как сестру. – Не успев закончить предложение, расхохотался, закрыв глаза, согнулся пополам и ухватился за живот.
– Я не улавливаю смысл шутки. – Тэйт нахмурилась.
Звонкий свист пронзил воздух. Мы с ней одновременно подняли головы.
– Какого черта тут происходит? – громкий голос Джареда, в духе большого злобного папочки, разнесся по боулингу, отчего у меня заболели уши.
Разворачиваясь к нему лицом, случайно ступил обратно на дорожку.
– Ох, проклятье! – У меня перехватило дыхание, когда я поскользнулся, по глупости перенеся свой вес на Тэйт. Что для нее оказалось слишком. Мы вместе рухнули на жесткий пол. Я завалился на спину, а она – мне на колени. Моя задница, скорее всего, превратится в сплошной синяк, зато Тэйт повезло. Она приземлилась на меня. Я совсем не возражал.
Только когда перевел глаза на своего друга, который стоял у начала дорожки, сверля нас убийственным взглядом, оттолкнул его девушку от себя с отвращением.
– Чувак, она напоила меня виски и пыталась изнасиловать. – Я указал на Тэйт. – Бутылка под стойкой спрятана. Иди, посмотри!
Зарычав, Тэйт перебралась обратно на разделительную линию. Ее резинка для волос держалась на честном слове.






