ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Хрупкий мир царит в королевствах Уэссекс и Восточная Англия, которыми правит сын короля Альфреда Эдуард, и в Мерсии, которой правит его дочь Этельфлед. Утред, грозный герой и величайший воин,... Воины бури Бернард Корнуэлл Перевод: группа "Исторический роман", 2015 год. Домашняя страница группы В Контакте: Над переводом работали: david_hardy, Oigene, gojungle, Elena_Panteleeva, linaalina, Blangr, olesya_fedechkin и Sam1980 . Редакция: gojungle, Oigene, david_hardy, Elena_Panteleevа и Sam1980 . Поддержите нас: подписывайтесь на нашу группу В Контакте! Пламя над рекой Глава первая В ночи горел огонь. Огонь, прожигающий небо и заставивший звезды поблекнуть. Огонь, застеливший земли между двумя реками густым дымом. Меня разбудил Финан. — Беда. Вот и всё, что он сказал. Эдит заворочалась, и я ее оттолкнул. — Оставайся здесь, — велел я ей и вылез из-под овечьего одеяла. Я нащупал плащ из медвежьей шкуры и накинул на плечи, а потом последовал за Финаном наружу. Луны не было, в дымной пелене, наплывающей от реки на ночном ветру, отражалось лишь пламя. — Нужно больше людей на стенах, — сказал я. — Уже, — ответил Финан. Значит, мне оставалось лишь выругаться. И я ругнулся. — Брунанбург, — безжизненным голосом произнес Финан, и я вновь выругался. К главной улице Честера стекался народ. Вышла из дома и Эдит, закутанная в просторный плащ, её рыжие волосы сияли в свете фонарей, горящих у дверей церкви. — Что это? — сонно спросила она. — Брунанбург, — угрюмо буркнул Финан. Эдит перекрестилась. Я мельком заметил её обнаженное тело, когда рука, скользнув из-под плаща, коснулась лба, потом Эдит вновь плотно прижала шерстяную ткань к животу. — Локи, — громко произнес я имя. Что бы вам не плели христиане, Локи — бог огня. Первый ловкач среди богов, что обманывает, прельщает, предает и причиняет нам боль. Огонь — его оружие о двух концах, что греет и кормит или сжигает и убивает. Я коснул

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Разведчики подожгли солому, и пламя служило маяком для наших врагов. Я надеялся, что Рагналл заметит дым, окутавший закатное небо, и бросится на восток в надежде нас отыскать, а мы тем временем поскачем на запад.

На следующее утро дым по-прежнему серел на фоне голубого неба. Мы оставили его далеко позади, поскакав прочь от восходящего солнца. Наши разведчики выехали далеко на юг, но не обнаружили врага. Как не нашли и союзников. Мне вспомнилась перепалка в Честере, когда я хотел выступить против врага, а все остальные, за исключением епископа Леофстана, настаивали, чтобы я остался в Честере. Неужто Этельфлед и впрямь так поступила? Сын, если он еще жив, должен был добраться до Этельфлед, если та по-прежнему укрывается в Честере. Неужто она так зла на меня, что бросит нас умирать среди холмов?

— Что мы затеяли, отец? — спросила Стиорра.

Сказать по правде? Мы бежали. В действительности я направился на запад, к далекому Честеру, в надежде отыскать там силы мерсийцев.

— Я хочу оттянуть Рагналла на север, — сказал я, — чтобы загнать в ловушку между нами и мерсийцами.

И я не лгал. Ради этой цели я повел свою армию на юг от Эофервика, но с самого Линдкольна меня неотвязно преследовал страх, что мы остались одни, что никакие мерсийцы не идут по пятам Рагналла, что нам предстоит столкнуться с ним в одиночестве. Но я бодрился.

— Нам только следует избегать Рагналла, пока мерсийцы не подойдут на подмогу.

— А мерсийцы знают об этом?

Хороший вопрос, на который, конечно, у меня не было хорошего ответа.

— Если твой брат до них добрался, то да.

— А если не добрался?

— Если не добрался, — мой голос помрачнел, — тогда ты с Сигтрюгром во весь опор поскачешь на север. Чтобы спасти свою дочь и укрыться. Уплывешь за море! Просто скроешься!

Последние слова я произнес со злостью, но злился не на дочь, а на самого себя.

— Мой муж не побежит, — отрезала Стиорра.

— Тогда он глупец.

А я еще больший глупец. Я вбивал в голову юного Этельстана советы, наказывая ему не терять хладнокровия, подумать, прежде чем обнажать меч. А сам необдуманно обрек свое небольшое войско на катастрофу. Я собирался объединиться с мерсийской армией, загнать Рагналла в ловушку между нашими войсками, но сам оказался в ловушке. Я знал, что Рагналл идет. Я не видел, не чуял его, но знал.

С каждым часом сгущалось подозрение, что мы не одни в этом невинно выглядевшем краю. О том мне кричал внутренний голос, а я научился доверять чутью. Меня преследовали, и ниоткуда не предвиделось помощи. В небе не вился дым походных костров, да и с какой стати? Рагналл скорее заморозит своих насмерть, нежели выдаст свое присутствие. Он знал, где мы, мы же не знали, куда направляется его армия.

Тем утром мы впервые увидели его лазутчиков.