— С два десятка точно, может и больше!
— И готовы к драке, — добавил второй.
— Готовы к драке? — переспросил Финан.
— Щиты, шлемы, оружие, — пояснил тот.
Я повел шестьдесят своих воинов на юг. От Брунанбурга нас отделяла полоска молодого леса, и если там поджидали враги, то они несомненно перегородили дорогу. Если бы мы последовали по дороге, то могли бы прямиком налететь на стену из щитов посреди леса, но свернув от реки, я вынуждал врагов двигаться и сломать строй. Так что я ускорил темп, переведя лошадь на легкий галоп. Слева от меня ехал сын.
— Это не форт горит! — прокричал он.
Дым редел. Он по-прежнему вился из-за леса серым пятном, сливаясь с низко нависшими облаками. Казалось, он шел от реки, и я подозревал, что сын с Финаном правы, горит не форт, а скорее наш флот. Наши корабли. Но как неприятелю удалось добраться до кораблей? Днем их заметили бы, и защитники форта, взойдя на корабли, сразились бы с врагом. А ночью подойти было невозможно. Мерз обмелел и изобиловал поймами; ни один кормчий не мог надеяться провести корабль так далеко темной безлунной ночью.
— Это не форт! — повторил Утред.
Он произнес это с облегчением, но я уже опасался, что форт пал, и теперь его крепкие дубовые стены защищают орду викингов. Зачем им сжигать то, что с легкостью можно отстоять?
Дорога поднималась в гору. Среди деревьев я не видел врагов. Но это еще не значило, что их там нет. Сколько их? Тридцать кораблей? С легкостью могло набраться до тысячи, и они наверняка знают, что мы выехали из Честера. Будь я предводителем врагов, поджидал бы как раз за деревьями. А значит, мне следовало замедлить наступление и вновь выслать вперед разведчиков, но вместо этого я бросил лошадь вперед.
Щит висел у меня на спине, и я оставил его там, лишь слегка потянул из ножен Вздох Змея. Я был зол и беспечен, но чутье подсказывало, что враги ждут не за лесом. Они могли поджидать на дороге, но свернув от реки, я почти не оставил им времени встать в стену из щитов на возвышенности. Полоска леса еще скрывала происходившее за ней, и повернув лошадь, я вновь направился на запад. Влетев в листву, я нырнул под веткой и предоставил лошади самой выбирать путь среди деревьев. Проскочив лес, я натянул поводья и, медленно осматриваясь, остановился.
Никаких врагов.
Мои люди, продравшись сквозь подлесок, остановились за моей спиной.
— Хвала Иисусу, — сказал Финан.
Форт не захватили. Над его укреплениями все еще развевался белый конь Мерсии, а подле него — гусь Этельфлед. Свисало со стен и третье знамя — новый стяг, что я приказал сшить жительницам Честера. На нем красовался дракон Уэссекса, в занесенной лапе он сжимал молнию. То была эмблема принца Этельстана. Мальчишка просил себе на знамя христианский крест, но вместо него я приказал вышить молнию.






